Опубликовано: Июль 26, 2011

Экспедиция Кольдевея

На Ближнем Востоке шла конкурентная борьба Германии с Англией и Францией, значительно раньше выступившими в роли колониальных держав. Англия и Франция успели снискать печальную славу душителей культуры в странах, попавших в их сферу влияния. Кайзер же рядился в тогу культуртрегера. Раскопки древнего Вавилона должны были представить Германию в выгодном свете как державу, не жалеющую денег на исследование прошлого стран мусульманского Востока. В 1898 году германское правительство решило взять на себя все бремя расходов, связанных с археологическими работами невиданного масштаба.

Руководить раскопками был приглашен Роберт Кольдевей.

Кольдевей подписал контракт с Берлинским музеем сроком на пять лет, но провел в Вавилоне полных восемнадцать. Он построил городок участников экспедиции, провел к месту раскопок ветку узкоколейной железной дороги, наладил регулярное транспортное сообщение с Берлином через Персидский залив, Турцию и Балканы. Лишь в 1917 году, когда в Двуречье вступили английские войска, экспедиция Кольдевея завершила свою деятельность.

Кольдевею повезло: первый же раскоп наткнулся на большую Дорогу процессий, которая вывела ученых к воротам Иштар. Вскоре были открыты остатки дворца Навуходоносора и странное сооружение с настилом из белого

камня. Поскольку о таком настиле рассказывал Ктесий в своем описании висячих садов Семирамиды, Кольдевей заподозрил, что им открыто второе из семи чудес света. Этому, однако, противоречили кирпичи с именем Навуходоносора. Ученым пришлось немало потрудиться, чтобы отделить вымыслы Ктесия от исторических фактов.

По своему размаху работы экспедиции Кольдевея превзошли все то, что знала археология XIX века. Из Вавилона в Берлин Кольдевей отправил более ста тысяч обломков. В немецких лабораториях они проходили сложный процесс очистки и консервации. Одновременно в керамических мастерских Берлина шли опыты по изготовлению глазурованных кирпичей, подобных вавилонским. Германское правительство с конца XIX века лелеяло мысль построить в Берлине невиданный музей, в котором можно было бы выставить результаты немецких археологических экспедиций на Ближнем Востоке. Эта мысль возникла в 1880-х годах, когда немецкий инженер Карл Ху-ман открыл близ турецкого городка Бергама руины столицы древнего Пергамского царства. В кладке стен турецкой крепости была обнаружена в хорошей сохранности большая часть скульптур гигантского Пергамского алтаря 11 века до н. э. Пергамский алтарь был установлен в специально построенном здании, и перед первой мировой войной состоялось открытие музея, названного «Пергамон», или Переднеазиатский музей. Здесь же решено было собрать из фрагментов и вавилонские ворота Иштар.

Во время первой мировой войны немцам было не до древностей. Потом, в послевоенные годы, Германия переживала жестокий экономический кризис, но с середины 20-х годов она начала постепенно крепнуть. В это время социал-демократическое правительство Веймарской республики, стремившееся получить субсидии для развития экономики, предприняло ряд шагов для восстановления престижа Германии в области европейской культуры. Продолжение деятельности Переднеазиатского музея должно было хотя бы частично изгладить в памяти народов воспоминания о вандализме кайзеровской военщины.

Кольдевей скончался за пять лет до восстановления ворот Иштар под крышей Пергамона. Под конец жизни он подвергся незаслуженным упрекам в том, что, потратив столько денег, он не нашел ни золотых вещей, ни древних библиотек, ни фресок. Его противники утверждали, что раскопал он лишь то, о чем было уже известно из Библии и из трудов древних греков. Кольдевей же не считал себя ответственным за то, что вавилоняне не ваяли гигантских портретов своих царей, не увековечивали побед в рельефах и фресках. Он не брал на себя вину за то, что золотой идол Мардука был вывезен персами, а сокровища храмов расхищены еще в древние времена. Кольдевей был уверен, что открытие города Вавилона для науки ценнее любого клада.

Восстановление ворот Иштар также готовилось без участия ученого. Кольдевей был археологом и к своим находкам относился как к документам, их художественная сторона интересовала его мало. Однако он задавал себе вопрос, что же будет, когда ворота Иштар под сводами Берлинского музея восстановят наполовину из древних, наполовину из новых кирпичей? К культуре вавилонского или немецкого государства придется их относить ученым?

В 30-х годах реконструкция ворот Иштар имела немало противников. Число их увеличилось, когда в 60-е годы иракские археологи и городские власти Багдада совместными усилиями также восстановили ворота Иштар, разобранные Кольдевеем.



Раздел: Жизнь в веках


От: Noskov,  








Скрыть комментарии (0)


Вход/Регистрация - Присоединяйтесь!

Ваше имя:
Комментарий:
Avatar
Фото:
Обновить
Введите код, который Вы видите на изображении выше (чувствителен к регистру). Для обновления изображения нажмите на него.


Похожие темы:



« Вернуться
« История великого города ДвуречьяИсследователь Вавилона В. Белявский »

Кубистическая композиция :: Суетин Николай
Культуры раннего и развитого неолита на территории СССР
Импровизация 6 (африканская)
Арифметика. Иллюстрация к "Возропщем" А. Крученых
Форум Траяна

Рисунок Рафаэля должен остаться в Великобритании



Картины Малевича
Картины Шагала
Лучшие исторические фильмы

Топ 100 кино
Павел Филонов
Лучшие эротические триллеры
Топ 100 лучших комедий 21 века
 
 
 Лучшие фильмы о Великой Отечественной войне