Опубликовано: Июль 26, 2011

Первая экспедиция на Ближний Восток

Культура XVI11 века была полностью ориентирована на Древнюю Грецию и Древний Рим. Великое, прекрасное, героическое представлялось лишь в образах античной классики, в эти каноны египетские памятники не укладывались. Правда, египетское искусство, которое сами древние греки и римляне ценили, Винкельман определил как нечто вроде недоразвившейся классики. Это, однако, вкусов общества не изменило: все неантичное казалось варварским, и во второй половине XVI11 века интерес к египетским памятникам угас.

К началу XIX века многие из статуй, которые описал Винкельман, исчезли. Только гравюры на меди в его книге свидетельствуют о том, что некогда они служили украшением Рима.

Первая экспедиция на Ближний Восток была направлена в середине XVIII века Данией. В то время Дания была могущественной державой, соперницей Голландии и островной Англии. Экспедиция была многочисленна и по тому времени прекрасно оснащена. Однако опасности и трудности были таковы, что все члены экспедиции, за исключением одного, погибли. Единственный оставшийся в живых участник датской экспедиции Карстенс Нибур дал подробный отчет о своих странствиях в книге «Описание Аравии и соседних с ней стран». Здесь содержалось первое научное описание природы, экономики и населения Ближнего Востока, и в том числе Египта. Нибур рассказал читателям о пирамидах и египетских храмах. Он оценил их грандиозность и техническое мастерство, но остался равнодушен к художественным достоинствам этих монументальных сооружений.

В XVI11 веке тяга к экзотическому, необычайному, из ряда вон выходящему уже не имела такой силы, как в эпоху барокко. Эстетика требовала четкости и классической строгости, и Нибур не был в состоянии оценить своеобразие искусства Египта. Тем не менее, его книга оставалась главным источником сведений о Египте вплоть до похода Наполеона 1798 года. Египетскую экспедицию молодого генерала Бонапарта сопровождала группа историков во главе с профессором Дененом.

Сам Наполеон, необыкновенно чуткий ко всему, что касалось престижа, быть может, острее всех воспринял идеи величия, бессмертия и незыблемой власти, лежавшие в основе внезапно открывшейся европейцам древней цивилизации. Он энергично поощрял изыскания ученых и особое значение придавал работе художников, также предусмотрительно включенных им в состав французского экспедиционного корпуса.

Несмотря на трудности похода и недоброжелательство местного мусульманского населения, французы за два года пребывания в стране пирамид обмерили и зарисовали ряд храмов, гробниц и отдельных статуй. Скопировали большое количество фресок и сумели произвести эстампаж - то есть особым образом оттиснули на бумаге огромное число рельефов, высеченных на стенах египетских сооружений. По распоряжению Наполеона все эти материалы были помещены в Национальную библиотеку в Париже. Их гравировали на меди и под покровительством самого императора издавали в виде великолепных, переплетенных в тисненую кожу альбомов.

На своей последней стадии классицизм из передовой революционной идеологии превратился в систему выражения официального престижа, так называемый стиль «ампир», что значит империя. Мотивы египетского искусства казались связанными с личной славой Наполеона. Сфинксы, фараоны, коленопреклоненные рабы, боги с соколиными и павианьими головами, распластавшие крылья священные соколы перекочевали с гравюр на фарфоровые вазы, бронзовые канделябры, столы, шкафы, диваны красного и палисандрового дерева, сохранявшие в основе своей классические формы, заимствованные из античного арсенала. Наложение стилистически разнородных мотивов не было органичным и отражало неустойчивость переходной эпохи.

В России интерес к Египту возник независимо от Франции во времена, когда молодой император Павел I устремил свой взгляд на Восток. В 1797 году, за год до египетского похода, чуткий к веяниям времени граф Николай Шереметев украсил свой Останкинский дворец статуями сфинксов и египетских рабов (в головных платках фараонов).

Стимулом к развитию «моды» на Египет в России послужил подарок Наполеона - преподнесенный им русскому царю Александру I в 1807 году, во время их встречи в Тильзите, колоссальный фарфоровый сервиз. Он состоял

из нескольких сотен предметов и имел на каждой тарелке, вазе, чашке или суповой миске изображения пирамид и храмов, открытых во время египетского похода. Часть этих видов еще только готовилась к изданию (которое длилось вплоть до 1828 года) и была совершенной новостью. Следуя моде, быстро распространившейся во втором десятилетии XIX века, многие высокопоставленные лица в России стали занимать свой досуг попытками расшифровать иероглифы. Однако передовая дворянская интеллигенция этой моде не следовала. В эпоху, предшествовавшую восстанию декабристов, многие были убеждены в том, что искусство цветет лишь на почве свободы. Памятники эпохи фараонов казались поэтому бездушными, неподвижными, далекими от природы, что и нашло отражение в русской художественной критике.



Раздел: Жизнь в веках



От: Noskov,  








Скрыть комментарии (0)


Вход/Регистрация - Присоединяйтесь!

Ваше имя:
Комментарий:
Avatar
Фото:
Обновить
Введите код, который Вы видите на изображении выше (чувствителен к регистру). Для обновления изображения нажмите на него.


Похожие темы:



« Вернуться
« Эпоха БароккоВозникновение Египтологии »

Кубистическая композиция :: Суетин Николай
Культуры раннего и развитого неолита на территории СССР
Две мужские фигуры
К неизвестному голосу
«Vauderie d’Arras» (аррасское вальденство) или нашествие ведьм на Аррас (Франция)

Стихии знака Зодиака и работоспособность человека



Картины Малевича
Картины Шагала
Лучшие исторические фильмы

Топ 100 кино
Павел Филонов
Лучшие эротические триллеры
Топ 100 лучших комедий 21 века
 
 
 Лучшие фильмы о Великой Отечественной войне