Опубликовано: Июль 18, 2011

ДРЕВНОСТИ ТУЛЬСКОЙ ЗЕМЛИ

Медленно и спокойно несет свои воды река Упа, правый, самый большой приток Оки. И течет она от ис­тока до устья по Тульской области, нигде не выходя за ее пределы. Свой путь Упа начинает маленькой речуш­кой у границ Дикого поля на южной окраине Тульской земли. Пополняясь по пути водами притоков, она вли­вается в Оку уже довольно широкой и полноводной ре­кой. В верхней части, от истока до впадения реки Шат, Упа течет почти строго на север, а затем, сделав огромную петлю по заливным лугам и меж высоких круч, меняет свое меридиональное направление на ши­ротное и устремляется на запад к Оке, протекающей по западной окраине Тульской области.

Реки всегда поили и кормили людей, они служили основными путями, по которым расселялось человечест­во. К сожалению, реки не обладают даром речи, иначе они могли бы о многом поведать людям, в том числе и о богатом прошлом Тульской земли, с которой свя­заны многие важные события героического прошлого нашего народа. Раскрыть тайны человеческого бытия, узнать, кто и как здесь жил в прошлом, при отсутствии сведений письменных источников могут только архео­логи, раскапывая остатки древних поселений, захороне­ний, клады.

Обследуя берега рек близ современных селений Доброе, Жабынь, Западная, Костомарове, Тулица и в других местах, археологи нашли кремневые наконечни­ки стрел и дротиков, ножевидные пластинки и обломки глиняной посуды, позволившие ученым сделать вывод,  что бассейны Упы и Оки были заселены людьми уже в каменном веке. В эпоху неолита, в III-II тыс. до н.э., здесь находились неукрепленные поселения-стоянки не­больших родовых коллективов. Основу их хозяйства со­ставляли рыболовство и охота. Поэтому люди селились у воды, а ближайшие лесные угодья, занимавшие в то время значительные пространства, давали им возмож­ность охотиться на зверей и птиц и обеспечивали мате­риалом для постройки жилищ и изготовления деревян­ных челнов. Древние рыболовы и охотники делали ору­дия труда и оружие из кремня, в быту использовали лепную глиняную посуду, сплошь украшенную узорами из круглых и ромбических вдавлений и отпечатков гре­бенчатого штампа.

Бронзовый век на территории Тульской земли до сих пор остается малоизученным. Найденные керамика и кремневые изделия того времени свидетельствуют, что и на этом этапе Тульская земля оставалась заселенной.

В первой четверти I тыс. до н. э. население Тульской земли уже овладело сложным процессом получения же­леза из местных руд и научилось ковать из него более совершенные орудия труда и оружие. Использование железных орудий способствовало переходу к более про­грессивным формам хозяйства - скотоводству и земле­делию, а также к развитию домашних производств, таких, как обработка дереза, кости и т. д.

Перемены в хозяйственной деятельности населения сопровождались изменениями в общественном строе. На смену древней родовой организации приходит патриар­хально-общинный, или большесемейный, уклад. Смена форм хозяйства и неспокойная обстановка, вызванная участившимися военными столкновениями, повлекли за собой изменения в типах и расположении поселений. Вместо прежних открытых стоянок у воды появляются укрепленные поселения - городища, размещавшиеся на "высоких, труднодоступных берегах рек (Сатинское, Пет­ровское и др.) или на холмах среди заболоченной пой­мы (Щепнловское). Естественная неприступность горо­дищ дополнялась искусственными укреплениями в виде земляных валов (иногда с частоколом по гребню), рвов и деревянных оград.

В I тыс. до н. э. среднюю полосу Восточной Европы, куда входит Тульская земля, заселяли балты. То, что в ранний железный век Верхнеокский бассейн (вклю­чающий ныне Орловскую, Калужскую, Тульскую об­ласти) был занят балтамн, подтверждается сходством культуры его населения с культурой балтов бассейна Десны и Верхнего Поднепровья, а также балтскими названиями рек.- По заключению ученых-лингвистов (В. Н. Топорова, О. Н. Трубачева) в бассейне Верхней Оки многие реки имеют балтские названия - Упа, Уперта и т. д.

Археологическое изучение поселений раннего желез­ного века в Верхнеокском бассейне началось в конце XIX в. (под руководством Н. И. Булычева, В. А. Город-цова и др.). Профессор П. Н. Третьяков, подводя итоги всех предыдущих работ на поселениях железного века, выделил древности Верхней Оки в особую культуру, назвав ее Верхнеокской. Систематическое обследование памятников эпохи железа на Верхней Оке ведется с 50-х годов XX в.: в Калужской и Орловской областях под руководством Т. Н. Никольской, в Тульской - С. А. Изю-мовой.

Из древних городищ, расположенных на территории Тульской области, в настоящее время наиболее изучены два - Сатинское и Супрутское. Многолетние раскопки этих памятников, проводившиеся Тульской археологи­ческой экспедицией исторического факультета МГУ, дали разнообразные археологические материалы, позво­ляющие судить о характере хозяйства, культуре и быте населения не только названных городищ, но и всей Тульской земли в I тыс. до н. э. - I тыс. н. э.

На правом берегу р. Упы, на высоком мысу, в 1,7 км к северо-востоку от деревни Сатинкн Киреевского рай­она находилось Сатинское городище, занимавшее пло­щадь около 3,5 тыс. м2. Его ограничивали с одной сто­роны р. Упа, с другой - глубокий (до 30 м) овраг и с третьей - два больших земляных вала (высотой 1,5- 1,8м), чередующихся с двумя рвами (глубиной каждый 1,2 м).

В итоге раскопок, проводившихся в течение 3 лет, с 1961 по 1963 г., была вскрыта почти пятая часть пло­щади городища. Культурный слой поселения, мощность которого местами доходила до 2 м, содержал остатки жилых и хозяйственных построек. Жилища были стол­бовой конструкции и располагались по краям мыса, внутри них находились открытые каменные очаги, слу­жившие для обогрева и приготовления пищи. Получен­ный при раскопках вещественный материал (многочис­ленные предметы из глины, кости, железа, бронзы и стекла) позволил определить время существования Са-тинского городища в течение нескольких столетий - с VIII в. до н.э. и до начала I тыс. н.э. Обследованием установлено, что за это время неоднократно менялась система укреплений поселения.

На первом этапе существования городище было об­несено двумя рядами деревянных оград из вертикально поставленных столбов, которые позже, видимо, в связи с появившейся внешней опасностью, были заменены у основания мыса на более мощные земляные валы с тыном по верху, остатки которых сохранились до сих пор.

Основу хозяйства обитателей Сатинского городища составляли скотоводство и земледелие, сочетавшиеся с охотой, рыбной ловлей и изготовлением из дерева, кости, металла разнообразных предметов быта. Скотоводство но своему значению занимало первое место. Жители Сатинского городища разводили лошадей, крупный и мелкий рогатый скот и свиней. Найденные в слое кост­ные остатки животных свидетельствуют о большом зна­чении лошадей в жизни населения, использовавшего их в качестве тягловой силы, при охране стад, для верховой езды и в пищу.

Земледелие, уступавшее первенство скотоводству, было подсечно-огневым. Выращивали ячмень и просо. При сборе урожая пользовались архаичными кремне­выми сер-лами, для размола зерна применяли каменные зернотерки. Расчищая участок под посев, деревья сру­бали бронзовыми кельтами (вид топора), железных то­поров еще не было. Охотились с помощью лука и костя­ных стрел на бобра, лося, медведя, куницу, зайца, в большом количестве водившихся в обширных лесах Тульской земли. Стрелы применяли разных форм и раз­меров, что указывает на дифференцированный характер охотничьего промысла - на пушного и на мясного зве­ря, на птицу. При раскопках городища найдено несколь­ко просверленных клыков медведя, астрагалов бобра, служивших амулетами. Их носили в ожерелье или под­вешивали к одежде. По убеждению древних охотников, амулеты обеспечивали удачную охоту. Рыболовство было одним из подсобных занятий. Протекавшая около городища река изобиловала рыбой, в ней водились лещ, язь, осетр, щука. Рыбу ловили сетью, на железные крюч­ки, с помощью костяных гарпунов.

Археологический материал наглядно показывает, что на Сатинском городище развивались разные домашние производства - железоделательное, бронзолитейное, косторезное и др.

Железо древние сатинцы получали из местных бо­лотных и луговых руд. Руду сначала измельчали камен­ными молотами и обжигали на обычных очагах, удаляя примеси. Затем ее плавили сыродутным способом в осо­бых горнах, снабженных воздуходувными трубками - соплами (найдены 2 сопла). Из полученного железа из­готовляли путем ковки ножи, шилья, зубильца, пробой­ники, рыболовные крючки, пряжки, браслеты. Надо за­метить, что количество железных изделий, найденных на Сатинском городище, значительно уступало числу бронзовых (бронзовых собрано 117, железных - 34). Подобное соотношение характерно для поселений ран­него железного века.

Бронзолитейщики, в отличие от железоделателен, работали на «привозном» сырье, поскольку не только в Тульской земле, но и во всем Верхнеокском бассейне нет залежей медной руды. Из бронзы делали орудия труда, оружие, разнообразные украшения. Бронзовые предметы, различные по назначению и внешнему оформ­лению, как выяснилось при их детальном изучении (из­готовлены нз оловянистых бронз на медной основе), были литые и кованые, что свидетельствует о знаком­стве сатинских мастеров с основными приемами обра­ботки цветных металлов. В юго-западной части горо­дища, на небольшом участке найдены остатки плавиль­ного горна в виде развала нз разбитых известняковых плит и кусков глиняной обмазки, бесформенные куски угля с золой, спекшиеся при явно высокой температуре,, орудия древних литейщиков - глиняные многоканаль­ные литейные формы, штамп для изготовления литейной формы для кельта, формы для отливки браслетов, гри­вен, бус, бляшек, тигли.

Открытие на Сатинском городище целого комплекса предметов, связанных с обработкой цветных металлов, позволяет считать это городище уникальным поселением раннего железного века не только Тульской земли, но и всего Верхнеокского бассейна. Сатинские литейщики пользовались   тремя   основными   способами литья - в жесткие формы (из камня), в пластичные (из глины) и по восковой модели с потерей формы.

Литье по восковой модели с потерей формы приме­нялось обычно для изготовления изделий с тонким и сложным узором (рис. 1). Чтобы отлить такой предмет, сначала готовили его модель из воска и провощенных нитей и шнуров, по которой затем делали форму, для чего восковую модель заливали жидкой глиной, проникавшей во все, даже мельчайшие углубления. Потом форму, предварительно высушив, обжигали. В процессе
обжига воск, из которого была сделана модель, вытапливался, а нитки и шнуры сгорали, образуя внутри пустоту, которую и заполнял жидкий металл. Чтобы извлечь изделие форму разбивали. Литьем изготовлены бронзовые на­конечники стрел, гривны, брас­леты, бляхи, привески, ажурные навершия булавок. Не­которые литые предметы частично подвергались допол­нительной обработке ковкой. Сатинские кузнецы, ис­пользуя различные приемы ковки (свободная ковка, ковка в формах, расковка листа и чеканка) и опреде­ленный набор инструментов (зубильца, пробойники и др.), делали иглы, шилья, острия, спиральные брасле­ты, кольца, височные кольца, булавки, рыболовные крючки, чешуйки для панцирей.

На Сатинском городище наряду с бронзовыми и же­лезными обнаружено большое количество костяных предметов. Скотоводство и охота обеспечивали местных косторезов необходимым сырьем (трубчатые кости, рога лося, клыки медведя и кабана). Основным орудием при изготовлении костяных изделий был нож. Из кости и рога делали наконечники стрел, гарпуны шилья, острия, манки, рукоятки ножей и кинжалов, бляхи, пряжки, амулеты. Многие костяные изделия отличались тща­тельностью изготовления. Рукоятки кинжалов имели грибовидные навершия, а роговые детали уздечки были украшены искусно вырезанными головками животных. В целом найденные предметы свидетельствуют о высо­ком мастерстве и художественном вкусе сатинскнх рез­чиков.

Чаще всего нз земли извлекались обломки глиняной посуды, которую в каждом доме лепили по мере надоб­ности женщины. Многие сосуды имели форму горшка с заглаженной поверхностью, украшены по венчику пальцевыми защипами, насечками, вдавлениями концом палочки, а по шейке и плечикам орнаментом, нанесен­ным щепочкой или палочкой. Иногда на этой посуде встречаются «жемчужный» орнамент (ряды круглых вы­пуклостей с внешней стороны и вдавленнй с внутренней), налепные валики с защипами, сквозные проколы. Среди гладкостенных сосудов имеются экземпляры с черно-лощеной поверхностью. Численно незначительную груп­пу составляют горшки со своеобразной «сетчатой» по­верхностью. Сатинская керамика и по формам, и по орнаментации похожа на керамику, найденную при рас­копках поселений в Курской области. В то же время попадаются сосуды с признаками, характерными для скифской лесостепной керамики («жемчужный» орна­мент, сквозные проколы, налепные валики с защипами, черное лощение). Кроме посуды нз глины делали под­ставки для очагов («рогатые» кирпичи), метательные ядра, грузики и грузила для рыболовных сетей, прясли­ца для веретен, бусы, а также большой набор предметов производственного назначения - сопла, тигли, литейные формы, штампы и др.

Обитатели городища, особенно женщины, носили разнообразные украшения: бронзовые серьги скифского типа, гривны, браслеты и кольца (гладкие и многовит-ковые со спиральными завитками на концах), булавки со спиральными головками и ажурнвши навершиями, бляхи (см. рис. 1), ожерелья из стеклянных и глиня­ных бус, раковин каури, костяных и бронзовых при­весок.

Бронзовые наконечники стрел, серьги скифского типа, булавки с гвоздевнднымн навершиями с Сатинского го­родища абсолютно тождественны изделиям со скифских памятников Среднего Приднепровья. Независимо от того были перечисленные предметы изготовлены на месте по привозным образцам или завезены на городище, их сходство со скифскими служит прямым доказательством существования культурных связей жителей Сатинского городища с населением Среднего Приднепровья. На эти же контакты указывает сходство костяных детален уз­дечек и керамика.

Среди находок на городище имеются предметы и явно не местного изготовления (стеклянные бусы, ра­ковины каури), наглядно подтверждающие наличие товарообмена между сатиннами и жителями юга и вос­точных стран (очевидно, на пушнину тульских лесов).

Как говорилось выше, население оставило Сатинское городище к началу I тыс. н. э. Это переселение, види­мо, было обусловлено истощением обрабатываемых участков при господствующей подсечной системе земле­делия.

В первые века новой эры поселений на Тульской зем­ле стало значительно больше, увеличились они и по площади, что свидетельствует о возросшей численности населения. Развитие земледелия и увеличение его удель­ного веса в сельском хозяйстве привели к тому, что теперь поселения располагались уже не только на вы­соких мысах, но и по пологим берегам и в поймах рек. Из поселений Тульской земли I тыс. и. э. ныне известны Супрутское, Павловское, Торховское, Щепиловское го­родища, Ивановское, Крутицкое, Бутырское селища. Из них наиболее изучено Супрутское городище.

Супрутское городище находится на правом берегу р. Упы, в 0,8 км к юго-западу от с. Супруты Щекинско-го района на высоком мысу с крутыми склонами, нося­щем название «Маряхин бугор». С верхней площадки мыса хорошо просматриваются окрестные дали - леса и пойменные луга. Еще в начале нашего столетия «Ма­ряхин бугор» был у жителей села излюбленным местом для вождения весенних хороводов. В то же время он считался таинственным местом, на котором выпахивали из земли разные старинные вещи - украшения, желез­ные наконечники стрел, серебряные монеты и др., не догадываясь, что здесь когда-то находилось древнее поселение.

Городище, занимающее площадь около 5400 м2, с трех сторон ограждают два глубоких оврага и река. Четвертая сторона (у основания мыса) была укреплена огромным земляным валом (сохранился на высоту 6 м, ширина его около 22 м) и широким рвом (ширина око­ло 20 м).

Первый осмотр Супрутского городища провели во второй половине 30-х годов текущего столетия тульские краеведы M. Л. Дружинин и Г. А. Доррер. Системати­ческие раскопки городища начались в 1955 г. и продол­жались с перерывами до 1978 г. Тульской археологиче­ской экспедицией исторического факультета МГУ. В ито­ге многолетних работ вскрыто около 2200 м2 - более половины площади городища, обнаружены остатки жи­лых, хозяйственных и производственных сооружений и большое число разнообразных предметов, которые дати­руют городище I тыс. и. э. и, кроме того, позволяют про­следить происходившую тогда в бассейне Упы смену населения. При раскопках городища были выявлены остатки двух разновременных поселений - балтекого, находившегося в нижнем горизонте культурного слоя, и вятичского - в верхнем горизонте.

Балтское поселение, судя по археологическим наход­кам, возникло в первых веках н. э. и просуществовало до появления на городище вя­тичей. В начале оно было защищено деревянной огра­дой из вертикально постав­ленных столбов, возведенной у основания мыса, позже, когда обстановка изменилась и оборонительные сооруже­ния пришлось усиливать, ограду заменили мощным земляным валом и широким рвом. По гребню вала по­строили деревянный тын, а по краям мыса поставили де­ревянную стену с земляной засыпкой.

Балты жили в домах столбовой конструкции, обог­реваемых открытыми камен­ными очагами.

Археологические материалы, полученные из нижнего горизонта культурного слоя, позволяют выделить в су­ществовании балтекого поселения два этапа. Для более раннего, первые века н. э., характерна лепная посуда с примесью известняка в глине. Сосуды с невысоким отогнутым наружу венчиком были украшены в верхней части узором из защипов и вдавлений (рис. 2). Из же­леза здесь найдены  плоские двушипные наконечники стрел, небольшие серпы и ножи с горбатой спинкой. На втором этапе существования балтского поселения (вторая четверть и середина I тыс. н.э.) в керамическом материале Супрутского городища наряду с посудой с шероховатой поверхностью, из-за присутствия в гли­няном тесте крупной примеси, появляются изделия с примесью песка и с лощеной поверхностью (горшки, миски, кружки, сковородки, пряслица). В этот период на приупских поселениях значительно увеличилось по сравнению с предыдущим количество орудий, исполь­зуемых в сельском хозяйстве, они стали разнообразнее: появились более совершенные серны, железные кельты, свидетельствующие о дальнейшем развитии земледелия и возросшем его значении в хозяйстве населения этого региона. На обрабатываемых участках выращивали яч­мень, просо, горох. Расположенные поблизости от них заливные луга были удобны для выпаса скота.

Развитие земледельческо-скотоводческого хозяйства способствовало увеличению численности населения Супрутского городища, что привело к возникновению около него неукрепленного поселения - селища. Селища возникали тогда и около других городищ (Торховское, Петровское, Павловское), являвшихся убежищами.

На ряде городищ Тульской земли середины I тыс. н. э. (Щепилово, Супруты и др.) обнаружены остатки железо­делательного производства - сопла (Щепилово), обиль­ные железные шлаки и разнообразные готовые желез­ные изделия. Местные кузнецы ковали земледельческие орудия, предметы конского убора (удила, пряжки, коль­ца), оружие (наконечники стрел), бытовые предметы (ножи, кресала ранних форм и др.). В этот период местное население Приупья уже имело широкие внеш­ние связи, наличие которых засвидетельствовано най­денными при раскопках привозными изделиями (желез­ные римские фибулы, прибалтийские бронзовые изделия с эмалью, среднеднепровские костяные гребни, причер­номорские стеклянные изделия - бусы и часть сосуди­ка). Как попадали сюда эти предметы, путем ли непо­средственных контактов или через посредников, пока сказать трудно.

В верхнем горизонте культурного слоя Супрутского городища находились остатки более позднего поселения, принадлежавшего вятичам. Оно, по археологическим данным, существовало в VIII-X вв. н. э.

Русский летописец XII в., повествуя о расселении славянских племен, сообщает о появлениии вятичей в бассейне Оки («Вятько седе с родом своим по Оце, от него же прозвашася вятичи»), не приводя никаких под­робностей их расселения. Ограниченность сведений пись­менных источников придает особую ценность археологи­ческим материалам Супрутского городища, представ­ляющим единственный источник по истории ранних вятичей. Раскопками установлено, что появление на го­родище вятичей сопровождалось разрушениями и опус­тошительными пожарами, уничтожившими балтекие де­ревянные постройки и стоявший на гребне вала часто­кол. Остатки пожарища в виде мощных прокаленных докрасна слоев глины и песка, скоплений обугленного дерева и золы выявлены по краям мыса и в насыпи вала. Вятичи, поселившись на городище, усилили су­ществовавшие там укрепления, значительно увеличив размеры вала и расширив ров. В верхних вятичских слоях Супрутского городища открыты остатки жилых, хозяйственных и производственных построек, многочис­ленные и разнообразные изделия из металла, кости, гли­ны, стекла и камня. Эти археологические материалы позволяют охарактеризовать хозяйственную деятель­ность, культуру и быт древнего вятнчского населения Супрутского городища и всей Тульской земли в послед­ней четверти I тыс. н. э.

Вятичи жили малыми семьями в домах столбовой конструкции площадью от 12 до 18 м2 с открытым ка­менным очагом. Около жилищ находились хозяйствен­ные ямы и постройки, где обнаружены обильные скоп­ления обломков лепной посуды (найдены и целые со­суды) самого разного назначения - кухонная (горшки, сковороды), столовая (миски, чашечки) и хозяйствен­ная (крупные корчаги). Встречались и гончарные сосу­ды, но они численно незначительны. Гончарная посуда, к производству которой вятичи приступили не ранее первой четверти X в., по форме близка лепной, но сде­лана из лучше приготовленной глины и украшена линейно-волнистым узором. Часть ее обожжена в спе­циальном горне. На Супрутском городище выявлены остатки глинобитного обжигательного горна. Он был округлым в плане (1,1x0,85 м) и состоял из двух отде­лений - обжигательного, куда ставили сосуды, и топоч­ного. Появление на городище гончарной посуды, обож­женной в специальном горне, позволяет считать, что гончарство на Супрутском городище в первой половине 1 тыс. н. э. из домашнего производства начало превра­щаться в ремесленное.

Кроме посуды вятичи делали из глины пряслица для веретен, грузики и грузила для рыболовных сетей, тиг­ли, льячки, игрушки.

Из вятичских находок особого внимания заслужива­ют сельскохозяйственные орудия, связанные с обработ­кой земли,  уборкой урожая,  размолом зерна. Набор сельскохозяйственных  орудий   Супрутского  городища свидетельствует о значительных технических достиже­ниях в земледелии, ставшем   у вятичей   в последней   четверти I тыс. н. э.   ведущей   отраслью хозяйства. Земледелие в этот пе­риод было уже пашенное.   При пахоте пользовались симметрич­ными сошниками (рис. 3) с че-ресламн - плужными ножами. Основной тягловой силой  была, несомненно, лошадь. Однако па­шенное земледелие не могло вы­теснить   подсечное.   Они   сосу­ществовали еще в течение дли­тельного времени, поскольку   в условиях лесной местности,  где расположено городище, каждый новый земельный участок перед вспашкой приходилось освобож­дать от леса. При этих работах употребляли топоры.

Одновремен­но   с распространением   пахот­ных орудий усовершенствовался и другой сельскохозяй­ственный инвентарь: вместо прежних кельтов появились железные топоры, использовавшиеся при уборке урожая серпы ничем уже не отличались от подобных орудий XIX - начала XX в. При размоле зерна вместо зерноте­рок применяли каменные жернова (из песчаника и из­вестняка). Вятичи на своих земельных участках, как и их предшественники балты, выращивали просо, ячмень, горох.

Наряду с земледелием развивалось скотоводство. Разводили крупный и мелкий рогатый скот, лошадей и свиней. Присутствие среди находок значительного числа предметов упряжи и конского убора - удил, уздечных и подпружных пряжек и бляшек, стремян - указывает на большое значение лошади в жизни обитателей горо­дища. Судя по найденным при раскопках костным ос­таткам, заметную роль в хозяйстве вятичей играли охо­та и рыболовство. Охотились в ближайших лесах на мясного и пушного зверя (лось, кабан, бобр, лиса, волк и др.).

Наличие в культурном слое железных шлаков и криц наряду с обилием железных предметов различного на­значения - прямое доказательство существования у вя­тичей железоплавильного и кузнечного производств, уже выделившихся в самостоятельные отрасли ремесла. Супрутские кузнецы ковали из железа кроме сельско­хозяйственного инвентаря орудия для обработки дере­ва и кости: долота, резцы, стамески, напильники, свер­ла; орудия охоты и рыболовства - наконечники стрел, рыболовные крючки, пешни, остроги; оружие - нако­нечники копий и дротиков, разнообразные по форме и размерам наконечники стрел; предметы конского сна­ряжения. На городище развивалось и бронзолитейное производство, представленное глиняными тиглями и льячками, каменными литейными формочками, бронзо­выми брусочками-заготовками, обрывками и обрезками медной проволоки и большим количеством разных пред­метов, преимущественно женских украшений. Местные ювелиры, работавшие на привозном сырье, употребляли в основном бронзу, реже серебро.

Вятички носили богатый набор украшений из метал­ла, стекла, кости, изготовленных местными мастерами или привезенных из далеких стран. На узком ремешке около ушей подвешивались височные кольца из бронзы или серебра. На шее носили ожерелье из стеклянных или каменных бус, раковин каури или гривны (метал­лические обручи с застежкой). Запястья рук украшали браслетами (рис. 4).

Обособление некоторых отраслей ремесленного про­изводства (железоплавильного, кузнечного, ювелирного, гончарного) способствовало появлению на городище внутреннего обмена, носившего натуральный характер. Одновременно развивался и внешний обмен, что под­тверждается наличием среди находок привозных пред­метов. В их число входят поступавшие с Востока стек­лянные и каменные бусы, дирхемы, раковины каури; изделия юго-восточных соседей - поясные наборы, серь­ги, бубенчики, глиняные сосуды; предметы из северо­западных стран - бронзовые позолоченные удила, на­грудные пряжки, серебряные крученые гривны, ладье­видные браслеты и костяные односторонние гребни, прибалтийские янтарные бусы. Не местными были так­же весы и гирьки. Если судить по количеству привоз­ных предметов, внешние связи вятичей были весьма оживленными. Очевидно, вятичское население Супрутского городища принимало участие в транзитной тор­говле между северо-западными странами и Востоком, осуществлявшейся по Балтийско-Волжскому пути.

Супрутское городище прекратило свое существова­ние во второй половине X в. н.э.

В верхнем горизонте культурного слоя сохранились следы ужасной трагедии, постигшей городище в послед­ние дни его существования и сопровождавшейся силь­ным пожаром. В огне сгорели деревянные постройки, по­гибли люди и животные. В слое пожарища обнаружены остатки 104 человеческих скелетов. Это событие, судя по археологическим материалам, произошло во второй половине X в. в. э. и его, по-видимому, следует связы­вать с походами киевского князя Святослава на вяти­чей, о которых сообщил русский летописец под 964 го­дом. Возможно, что перед этими событиями жители го­родища и спрятали свои ценности, найденные впослед­ствии в составе нескольких кладов.

На Тульской земле кроме поселений сохранились группы курганов,  представляющих  остатки языческих кладбищ древних вятичей. Курганы, исследованные близ селений Западной, Доброе Суворовского района и Триз-ново Щекннского района, в основном относятся к концу I тыс. н. э. Все они располагались на сухих высоких местах. Под земляной насыпью полусферической формы диаметром от 6 до 15 м и высотой от 0,3 до 3,8 м на­ходились остатки одного или нескольких разновремен­ных трупосожжений, произведенных на стороне. В ряде курганов имелась погребальная камера в виде четырех­угольного деревянного ящика, в других - ее не было. Остатки сожжений и погребального инвентаря, сложен­ные в глиняный сосуд - урну или без нее, помещали в погребальную камеру или оставляли на подготовлен­ной заранее площадке с кольцевым ровиком.

В «Повести временных лет» сохранилось красочное описание вятичского погребального обряда: «И аще кто умряше, творяху тризну над ним, и посемь творяху краду велику, и възложахуть й на краду, мертвеца сожьжаху, и посемь собравше кости, вложаху в судину малу, и поставляху на столпе на путех, еже творять Вятичи и ныне...»

Итак, археологические материалы, собранные на тер­ритории Тульской области, из-за крайней скудости письменных сведений почти единственный источник по древней истории этого края.

За период с неолита и до конца I тыс. н. э., т. с. до образования Русского государства, произошли зна­чительные изменения в жизни населения Тульской зем­ли. Каменные орудия были вытеснены металлическими, которые постепенно усовершенствовались. Технические успехи в изготовлении орудий обусловили изменения в хозяйственной деятельности населения и в социальном устройстве. Охота и рыболовство отступили на задний план, ведущими отраслями хозяйства стали скотовод­ство и пашенное земледелие. Некоторые домашние про­изводства (металлообрабатывающее, кузнечное, гончар­ное) приобретают ремесленный характер. Появляется внутренний товарообмен, развивается внешняя торговля. Археологические материалы позволяют проследить так­же изменения в этническом составе населения Тульской земли и указывают на высокий уровень материальной культуры древних вятичей уже в IX-X вв.



Раздел: Путешествие в древность



От: Noskov,  








Скрыть комментарии (0)

UP


Вход/Регистрация - Присоединяйтесь!

Ваше имя:
Комментарий:
Avatar
Фото:
Обновить
Введите код, который Вы видите на изображении выше (чувствителен к регистру). Для обновления изображения нажмите на него.


Похожие темы:



« Вернуться
« Царский шлем (Шапка ерихонская)Исторические курьёзы артиллерии »

Кубистическая композиция :: Суетин Николай
Культуры раннего и развитого неолита на территории СССР
Натюрморт с вазой цветов
Натюрморт с кувшином и яблоками
Что считается керамическим изделием?

Почему сын Богдана Хмельницкого не хотел дружить с Россией? Гетман на распутье



Картины Малевича
Картины Шагала
Лучшие исторические фильмы

Топ 100 кино
Павел Филонов
Лучшие эротические триллеры
Топ 100 лучших комедий 21 века
 
 
 Лучшие фильмы о Великой Отечественной войне