Опубликовано: Июль 15, 2011

НАШИ „МИНЕРАЛЬНЫЕ ВОДЫ"

Ежегодно, как только установится весна, среди соседей, сослуживцев, даже случайных попутчиков в автобусах можно слышать разговоры о желании по­ехать на Кавказские минеральные источники. Планы при­обретения путевок перемежаются с восхищениями красо­той природы Северного Кавказа, его городов, санаториев, памятников древности и старины. Они стремятся снова увидеть все это. Нет путевки- все равно едут, не счи­таясь с неудобствами дальнего пути, затратами времени и личных средств.

Я понимаю их... отчасти. Со школьной скамьи они знают о Кавказе по замечательным стихам Пушкина и Лермонтова, прозе Льва Толстого и иным произведени­ям. В Пятигорске, Железноводске, Ессентуках и Кисло­водске, на Военно-Грузинской дороге, в северокавказ­ских станицах и Ставрополе еще глубже понимаешь кра­соту и достоверность этих произведений.

Опытные экскурсоводы пространно рассказывают о достопримечательных местах, о событиях далекого и близкого прошлого, вольно или невольно создавая ореол исключительной неповторимости и привлекательности. Кавказские минеральные воды освящены традицией.

В Советском Союзе есть немало других мест, которые ничем не уступают Кавмннводам, но тем не менее не пользуются столь широкой известностью. Целебные свойства их вод давно известны медицине. Кажется, им недостает своего Лермонтова с Тамарой и Печориным, Измаил-беем и Хаджи Абреком.

С пейзажами Кавминвод только в Талды-Курганской области могут с успехом соперничать долины Коксуйская и Джунке в Джунгарском Алатау.

Коксуйская долина поражает величественной и девст­венной красотой - зеленые склоны Котуркая, скованные серебристыми льдами вершины главного хребта Джун-гарского Алатау, ревущая река Коксу с удивительно го­лубой водой, писаные камни и чистейший горный воздух. Он напоен запахами цветов, трав, труднопроходимые заросли которых покрыли каменистую долину. Зноя не бывает. Лето умеренно жаркое, даже прохладное. Более красивой долины с такими прекрасными климатическими условиями летнего сезона трудно найти, и удивляет, что до сих пор не видно здесь ни пансионатов, ни коттеджей.

А долина Джунке, кроме всего прочего, богата Капал-Арасанскими минеральными источниками. Им не занимать ни целебной силы, ни древности.

Начало использования целебных свойств Капал-Ара-санскнх вод затеряно в мннувшнх веках. Известно лишь, что более двух веков тому назад люди знали о них и сде­лали попытку благоустроить их для массового использования. У ключей были вырыты ямы. в которые стекала вода. Ямы обложили булыжным камнем. Леча­щиеся садились или ложились в них для приема ванн. Слава о целебных свойствах вод была настолько велика, что благодарные люди воздвигали памятники в виде естественных каменных плит. Ставились они вертикаль­но. На ровных плоскостях выбивались надписи.

Об этих памятниках, со слов местных жителей, в 1857 году писал уже упоминавшийся семипалатинский иссле­дователь Н. А. Абрамов.

«В числе их была доска с искусно вырезанной женщи­ною в джунгарском наряде. На голове ее вырезан полу­кругом венец, как на христианских иконах; руки ее, при­ложенные к оконечности груди, держали вазу с отчетливо вырезанным растением с цветами и плодами».

Это было изображение жены какого-то джунгарского хана, которая исцелилась от страшного для нее не­дуга- бесплодия. Жена родила сына. Благодарный хан воздвиг на источнике памятник - так народные предания объяснили причину появления этой монументальной скульптуры. Подобные же изображения женщины на ка­менных плитах имелись у минерального источника Барлык-Арасан. Плиты с надписями когда-то стояли в тес­ном ущелье в четырех верстах от города Капала. Здесь также имелся ключ с теплой серной водой.

При строительстве Капальского укрепления плиты были вывезены из ущелья и использованы в кладке фун­даментов построек. Одна плита с изображением челове­ческой фигуры и какими-то надписями была на некоторое время сохранена начальником Капальского отряда С. М. Абакумовым. В 1848 году ее показывали приехав­шему из Семипалатинска по делам службы командиру бригады подполковнику Кривоногову. Дальнейшая судь­ба этой плиты неизвестна. Наверное, она тоже употреб­лена в строительстве. «Как жаль, что археология лиши­лась этих замечательных памятников!» - восклицал Н. А. Абрамов, и мы вторим ему. Теплится надежда - когда-нибудь при сносе старых построек эти плиты могут отыскаться и занять достойное место в музее.

Если наши предки варварски отнеслись к каменным памятникам письменности, то к источникам минеральных вод они проявили повышенный интерес и заботу.

Одновременно с основанием укрепления и города Капала начались строительные работы на Капал-Арасанских минеральных источниках. Из саманного кирпича в 1850 году построен двухкомнатный дом - гостиница лля приезжающих пользоваться водами. Длина дома по главному фасаду 10,65 метра. Стены оштукатурены. Комнаты обставлены мебелью первой необходимости.

Двери из комнат выходили в коридор, в торце кото­рого- спуск по лестнице из семи ступеней в купальное здание. Оно чуть меньше гостиницы: длина по фасаду - 7,5 и ширина - 2,25 метра. Состоит из двух помещений и коридора-раздевалки. Построено над бассейном выхо­да горячего источника минеральных вод. Бассейн разде­лен деревянной перегородкой на две половины. «Одна половина предназначена для купания лиц благородных и другая - для нижних чинов и простолюдинов». Стенки первой половины бассейна, где купаются «лица благо­родные», укреплены деревянными плахами, а второй половины бассейна -булыжным камнем. Рядом нахо­дился однокомнатный дом, где размещались «простолю­дины» и солдаты, направляемые из капальского госпи­таля.

Все три здания - гостиница, купальня и дом «просто­людинов» стояли вдоль одной линии. Южным фасадом обращены к почтовой дороге, северным фасадом - к пар­ку. Неподалеку от гостиницы находился небольшой до­мик-кухня с русской печыо и плитой. Здесь готовилась пища для всех пользующихся водами. Из коридора го­стиницы две двери выводили на обширную веранду, лег­кая крыша которой поддерживалась столбами, оформ­ленными под колонны. Здесь, на открытом воздухе, за­щищенные от солнечных лучей больные после приема ванн совершали прогулки или отдыхали.

По ходатайству командира 10-го казачьего полка под­полковника С. М. Абакумова были выделены средства для разведения парка. В 1853 году парк заложен на пло­щади 32 гектара. В нем росли ель, тополь, рябина, виш­ня, яблоня, черемуха, сирень; из кустарников - облепи­ха, малина, крыжовник, терновник. Из Кульджи были привезены саженцы персика, груши, абрикоса и вино­града, а также различные цветы. Парк пересекался арыками, в которые поступала из родников вода. Име­лись небольшие пруды.

В разных частях парка поставлены беседки. Одна из них - в восточном стиле. На высокой шатровой крыше красовался металлический дракон, выполняющий функ­цию флюгера. Крыша окрашена зеленой краской, а столбы и решетка беседки - белой. Беседка установлена на высоком каменном цоколе. С площадки ее открыва­лась широкая панорама окрестностей. Н. А. Абрамов, восхищенный красотой долины Джунке, писал: «Вид арасанских местностей прекрасен. Высокие, убеленные снегом горы Алатау ограничивают горизонт; пред ними и арасанские воды со строениями, садом, беседками, водо­емами и долиною, покрытою свежею яркою зеленью и камнями, пикет в виде крепости с каменным зданием (из сухого необожженного кирпича) и каменными стенами, и станица с чистыми новенькими домами, и рассеянные вблизи стада домашних животных оживляют прекрасную картину Арасана».

За пределами парка, в двухстах метрах от здания го­стиницы, находился источник холодной воды. Она также собиралась в бассейн. Стенки укреплены досками. Раз­мер бассейна: длина - 1,4, ширина -0,9 и глубина - 0,9 метра. В бассейне можно было только сидеть. Над ним сооружен из досок сарай. Рядом с сараем имелся коло­дец, вода из которого рекомендовалась для питья в це­лебных целях. «Способ употребления минеральной воды должен быть совместно внутренний и наружный. Воду можно пить от двух до двенадцати стаканов, каждый день увеличивая постепенно прием. Для внутреннего употреб­ления воду следует брать из холодного ключа. Прини­мать ванны из теплого и холодного ключей или лучше купаться советуется рано утром, в 9-м часу; перед полу­днем и вечером».

Это рекомендация доктора Залуговского, проводив­шего в 1853 году исследования действия вод Каиал-Арасанских минеральных источников на организм чело­века.

Благоустроенные источники стали охотно посещаться не только больными. Проезжающие по тракту офицеры и чиновники считали непременной обязанностью сделать здесь хотя бы кратковременную остановку, чтобы выпить несколько стаканов воды и искупаться в целебном источ­нике. Именно с этой целью летом 1856 года при проезде из Капала в Лепсинск здесь побывал Чокан Валиханов с горным инженером Ковригиным.

А через полтора месяца здесь лечился Петр Петрович Семенов-Тян-Шанский. Во время путешествия по горам и долинам Джунгарского Алатау вблизи Капала он простудился. Стал испытывать сильные ревматические боли, обострился радикулит. В Капале слег в постель. Как только почувствовал небольшое улучшение, по сове­ту С. М. Абакумова, выехал 18 августа в тарантасе на Арасан. «Теплые ванны имели на меня самое благо­творное влияние: невыносимые боли прекратились», и исключительно деятельный Семенов сразу же принялся совершать экскурсии вблизи минеральных источников, проявляя интерес не только к предметам своего географического исследования, но и к условиям жизни и дея­тельности местных жителей.

«24 августа я почувствовал себя настолько хорошо, что решился продолжить свое путешествие в направлении к укреплению Верному»,- писал он в своих мемуарах.

Больные, получившие исцеление, разносили славу о Капал-Арасане по всему Семиречью. Стал известен ку­рорт и читателям столичных газет. Анонимный автор большой статьи в военной газете «Русский инвалид» (Л» 110 за 1859 г.), описывая Капал-Арасан, отмечал: «...на первом плане небольшой, но красиво отделанный дом. В одной половине дома две комнаты... хорошо меб­лированные и снабженные всем нужным для приезжаю­щих купаться. В другой половине лазарет для нижних чинов на 16 человек. При доме большой сад... Дорожки усыпаны песком, покрытым золотистыми блесками, ярко горящими на солнце...

Хорошим устройством этих заведений край обязан не­мало бывшему бригадному командиру полковнику Хоментовскому, постоянно заботившемуся, чтобы заболева­ющие в ближайших укреплениях могли пользоваться этими водами и получить от них облегчение».

В 1858 году уехал в центральную Россию Хоментовский, в 1864 году скончался Абакумов. Их капальские преемники не проявляли особой заботы о минеральных источниках. Это тотчас же сказалось на их внешнем виде, что было отмечено побывавшим на Арасанс казачьим офицером Михаилом Путинцевым, автором нескольких статей в журнале «Военный сборник», который одно вре­мя редактировал Н. Г. Чернышевский. В статье «От Се­мипалатинска до Капала» Путинцев писал: «В наш проезд через Арасан все это маленькое заведение было до крайности запущено, что не делает, конечно, чести тем, на ком лежит обязанность заботиться о нем».

Через три года читатели столичной газеты «Санкт-Петербургские ведомости» читали статью «От Семипала­тинска до укрепления Верного». Автором ее был ин­спектор уездных училищ Семипалатинской и Семиреченской областей Петр Андреевич Галицкий. После рассказа о трудностях пути он переходит к описанию Капал-Арасанского источника: «Воды эти очень полезны от ревма­тических болей и посещаются в летнее время многими больными, приезжающими сюда верст за тысячу и более.

Один купец, которого я застал на излечении, рассказывал мне, что он страдал очень долго застарелым ревматиз­мом и после двадцатидневного купания и втирания в руки и ноги серной грязи получил значительное облегчение».

Галицкий - опытный чиновник - осторожно коснул­ся щекотливого вопроса о запущенности источника в сле­дующих выражениях: «Желательно, чтобы это благоде­тельное для страждущих учреждение поддерживалось в таком порядке, в каком оно начато, т. е. аллеи садика расчищались, деревья подрезывались и пропускалась бы канавками вода, необходимая для орошения раститель­ности, а то, запустивши раз, потребуется много трудов, чтоб привести все в порядок, а главное, чтобы ключ и сад имели не очередных, а двух постоянных и усердных служителей, которые наблюдали бы за всем добросовест­но. Тогда они не допустят, чтобы яблоневые деревья были заглушены шиповником, а урюковые - совсем по­сохли».

Осторожный Галицкий совсем умолчал о многом. Но его дополняет капальский уездный врач Соболевский в рукописной записке «Об Арасанских минеральных во­дах». Она составлена в том же 1868 году. Соболев­ский писал: «Здания... оставаясь без присмотра до настоящего времени, пришли уже в довольно ветхое со­стояние. Ванны содержатся довольно небрежно. Арасанские жители зачастую стирают белье в теплой ванне и чистят медную домашнюю посуду... Одним словом, от­сутствие правильной администрации чувствуется на каж­дом шагу».

На источнике отсутствовал медицинский надзор. Лишь Соболевский в летний сезон года несколько раз приезжал на источник с целью санитарного инспектиро­вания и дачи консультации больным. По его свидетель­ству, случалось, что ванны одновременно принимали больные золотухой, сифилисом, ревматизмом, экземой, с различными язвами. С 1860 года с каждого больного за пользование водами бралась плата 2 рубля 50 копеек в месяц, а за разовое пользование ванной - 8 копеек.

Деньги, собираемые с больных за пользование мине­ральными водами, должны были идти на содержание ис­точника. Но их забирала в свой доход казачья станица. Постоянный платный садовник не содержался. Для ухода ежегодно назначался один из жителей Арасанского поселка. Этим и объясняется упадок источников в шестидесятых годах. Посте появления статьи М. Путинцева в «Военном сборнике» семиреченский губернатор дает распоряжение произвести ремонт. В 1866 году он формально выполнен: заменен сруб из плах в бассейне для «благородных лиц», сколочены новые скамейки в саду, флигель обшит досками. Но парк оставался запу­щенным. Его ограда упала. По парку бродили домашние животные. Козы объедали кору, деревья гибли.

Капальский уездный начальник сообщал в официаль­ном письме губернатору 150]: «Жилые постройки, кухня и купальный дом не представляют удобств как в отноше­нии приема ванн, так и в отношении насущных потребно­стей».

Площадь существующих помещений была недостаточ­на для размещения всех приезжающих. В 1870 году воз­буждено ходатайство о выделении средств на строитель­ство нового помещения. Через два года туркестанский генерал-губернатор выделил 456 рублей, но предложил ограничиться устройством только шести ванн, раздевалку сделать отдельно. На выделенные средства инженер Ни­китин начал строительство. Фундамент и цоколь были сложены из камня на известковом растворе, стены из сырцового кирпича, крыша сделана из теса. Здание (его называли флигелем) одноэтажное, имело четыре жилых комнаты и одну переднюю, 6 окон, 6 дверей, 2 печи. Раз­мер в плане 10 на 14 метров. Стоимость строительства «флигеля» составила 1451 рубль. Водами продолжа­ли пользоваться окрестные жители, солдаты и специаль­но приезжающие на лечение из городов Верного, Капала, Лепсинска, Аягуза, Семипалатинска.

Заложенный в 1853 году парк вырос. Для ухода за деревьями, периодического полива, обрезки сухостоя, очистки от мусора, валежника и листьев содержался «ка­раульщик» с оплатой 60 рублей в год.

Сюда нередко наезжали большие группы армейских и казачьих офицеров для массовых гуляний. Иногда при­возили свои семьи. Тогда по вечерам парк оглашался бравурными звуками духового оркестра и смехом тан­цующих дам. Зимой же было пустынно и тихо. Помеще­ния наглухо закрывались до следующей весны.

К концу семидесятых годов старые помещения, по­строенные в пятидесятых годах, пришли в такую вет­хость, что не имело смысла их ремонтировать. Местные власти решили выполнить полную реконструкцию Ка­пал-Арасанских минеральных источников. По составлен­ному в 1881 году проекту в 1884-1886 годах построено капитальное здание ванного корпуса. Фундамент сложен из естественного камня-плитняка, стены толщи­ною 75 сантиметров-из добротно обожженного красного кирпича. Кладка выполнена на известковом растворе. Здание одноэтажное. В нем предусмотрены жилые ком­наты, вестибюль, общин зал, кухня, буфет. Внутренние плоскости стен оштукатурены. Крыша железная. Пол деревянный. Выходы минеральной воды были в центре здания. Здесь устроили шесть ванн, отделенных друг от друга легкими деревянными перегородками. Отвод воды из ванн осуществлялся вначале по открытым лоткам под полом двух комнат. Через несколько лет, когда пол в этих комнатах прогнил от постоянной сырости, лотки перекрыли кирпичным сводом, над которым настлали новый пол. Вода по лотку выводилась за пределы здания и террасы, расположенной вдоль его фасада.

К зданию с двух противоположных сторон были при­строены жилые комнаты - номера, кухня и жилье при­слуги. С других противоположных сторон как бы при­строены вестибюль и общий зал. В зале больные отды­хали, развлекали друг друга беседами, играли в карты, читали. Дверь зала вела в буфет.

В три ванны входили из вестибюля через отдельные двери. В остальные три - вход был из общего зала. Здесь также в каждую ванну вела особая дверь. Ванны в на­земной части были изолированы друг от друга, но внизу через отверстия в перегородках вода из одной ванны переливалась в другую. Это, естественно, не обеспечива­ло гигиеничность лечения...

На строительство здания ванного корпуса было израс­ходовано 19,3 тысячи рублей из земских средств. Над холодным ключом соорудили новый навес. В парке, вза­мен устаревших, построили новые три беседки, в них установили столики и скамейки. Возобновили аллеи и дорожки, вдоль которых также кое-где поставили ска­мейки. Прокопали новые арыки и над ними построили мо­стики- одни из дерева, другие из естественного камня и красного кирпича. Площадь парка была значительно расширена, засажена деревьями местных пород и плодо­во-ягодными кустарниками. Разбиты цветники. Парк об­несен деревянной оградой. Старые деревянные флигель и кухня, прослужившие более тридцати лет, были снесены.

Выполнить меблировку нового здания ванного корпу­са- вокзала, как называли его, поручили верненскому подрядчику Андрею Малькову. В верненских столярной и слесарной мастерских по его заказу изготовлено: 6 про­стых сосновых скамеек длиной по 1,5 метра, 6 сосновых столиков, окрашенных желтой масляной краской, 6 ве­шалок по 4 зубца и 9 вешалок по 12 зубцов, также окра­шенных в желтый цвет, б небольших и 2 больших настен­ных зеркала, 9 железных кроватей, окрашенных серой краской, 11 простых диванов, покрашенных под ореховое дерево и обитых клеенкой, 32 буковых стула, 9 комодов с четырьмя ящиками, окрашенных под ореховое дерево, 4 карточных столика, о клееных зеленым сукном, 2 пред-диванных круглых стола, обитых клеенкой, 24 венских стула. В каждом из 9 номеров установили кровать, диван, комод, вешалку, стол и по 4 стула.

В общем зале вдоль одной стены расставили 2 дивана и перед ними по круглому столу. Над диванами повесили 4 зеркала. В середине зала на некотором расстоянии друг от друга расставили 4 карточных стола, вокруг столов - 24 венских стула. В вестибюле поставили 2 дивана. Буфет обставили столом и шкафом для посуды, двумя скамья­ми и четырьмя неокрашенными табуретками.

Для прислуги и кухни выделили один кухонный стол не окрашенный, 6 табуреток, окрашенных в желтый цвет, и 7 полок для хранения посуды. На эти цели истра­тили 1100 рублей.

В новом кирпичном здании с 1887 года начался прием желающих лечиться или отдыхать. Уездная администра­ция подготовила к изданию в местной газете «Областные ведомости» и отдельной брошюркой тиражом 200 экземп­ляров специальное объявление. Любопытны такие детали:

«По химическому составу и температуре Капальско-Арасанские минеральные воды ничем не хуже иностранных минеральных вод того же типа и относятся к группе теплых сернистых вод, равных с Пире­нейскими термами, и ближе всего подходят к водам Enaux-Bonnes, Teplitz-Waresdin, Aachen (известные европейские курорты - И. И.;.

Химический анализ Капальско-Арасанских вод дал следующие результаты:

удельный вес при 15е С равен 1,0046;

твердый осадок равен 0,6306 грамма в 1 литре воды.

Составные части:

сернокислой извести CaSO« - 0,1408; сернокислого натра NaS04 - 0,1487;

хлористого магния MgClj - 0,0095; хлористого натрия NaCI -0,1564; хлористого калия KCI - 0,0170; углекислого натра NaCOj - 0,0987; углекислой закиси железа Fe»COj - следы; кремнекислого натра NajSiOj- 0,1017

Итого:                                                                     0,6728

Сероводорода H-S в отдельных пробах 0,00107-0,00425. Температура в ванне ft 1 - 36° С;

Л* 2 и 5 -34,4° С;

№3-Э4*С;

М, 4 -35° С;

№ 6 -35,5" С

Болезни, от которых пользуются Капало-Арасанскнмн теплыми водами, следующие:

  • 1. Хронический ревматизм как мускулов, так и суставов и при всех последствиях его, иногда известных под общим названием ломо­ты (arthits). При энергическом и систематическом употреблении вод даже самые упорные формы уступают лечению или по крайней мере получается улучшение.
  • 2. Употребляются иногда с успехом, где дело идет о разных бо­лезненных экссудатах, особенно если они находятся в поверхностных органах.
  • 3. При последствиях огнестрельных и других ран, иногда выра­жающихся в сведении членов (контрактурах), в болезненных рубцах, в которых постоянно являются очень сильные боли вследствие сдав-ления нервов.
  • 4. При некоторых болезнях нервной системы. Например, при нев­розах как двигательной, так и чувствительной сферы; при невралги­ческих болях, спазматических коликах и т. п.
  • 5. При параличах, обусловленных экссудатами, производящими давление на тот или другой периферический нерв, или при параличах, являющихся последствием упорного хронического ревматизма и, на­конец, при токсических параличах, составляющих последствие хрони­ческих отравлений свинцом и ртутью. В последнем случае применение серных вод, при наружном и внутреннем употреблении, представляет самое лучшее и раинона.тьное средство.

...7. При разных хронических болезнях кожи, а также при хро­нических катарактах слизистых оболочек».

Месячная плата за проживание в номерах была установлена от 6 до 15 рублей и почти столько же за пользование ваннами. За питание платили отдельно. Сто­имость лечения больному обходилась от 20 до 50 руб­лей в месяц, что превышало размер месячного жало­ванья мелкого чиновника.

После ввода в эксплуатацию кирпичного здания ван­ного корпуса Капал-Арасанские минеральные воды вто­рично приобрели популярность как лечебный источник среди населения бывшей Семиреченской области. При­езд больных значительно увеличился. Только военных, лечившихся здесь, было в 1889 году -303, 1895 - 348, 1898 году-258 человек.

Всех пользующихся водами было несравненно боль­ше. Так, в сезон 1889 года их было 636, и это при том условии, что лечебный сезон длился не более 5 месяцев. Состав лечащихся был довольно демократичным: рядо­вые солдаты, офицеры, чиновники, священники, купцы, городские мещане, крестьяне, казаки. Последние три со­словия, конечно, предпочитали квартировать в Арасанском поселке и принимать разовые ванны - это дешевле. А казахи предпочитали жить в юртах.

После сильнейшего землетрясения 1887 года над ар­ками дверей и окон ванного корпуса образовались тре­щины, в двух местах обвалился карниз, многие стекла в проемах полопались. В тот год желающих лечиться не оказалось. Помещения курорта пустовали. Арасанские мальчишки разбивали стекла, сломали парадную дверь. В зимний период помещения не отапливались и по­степенно отсыревали. Об этом уездный начальник А. Махонин неоднократно сообщал губернатору области.

5 марта 1892 года он же сообщает губернатору, что «здания Арасанскнх минеральных вод вообще для жилья не безопасны. Опасность эта может еще больше увели­читься при могущем повториться землетрясении». Вме­сте с этим он предлагает произвести ремонт ванного кор­пуса и разобрать стены старого флигеля, а на его фундаменте построить каркасно-обшивное помещение.

В 1896 году новый уездный начальник Н. Гаврилов пишет губернатору: «состояние здания в данное вре­мя вызывает необходимость закрытия его впредь до ка­питального ремонта» и просит указания, как поступить.

Почему же уездная администрация на имеющиеся средства не производила своевременные ремонты? Курорт находился на казачьей земле, поэтому доход от него шел в казну казачьего войска, а именно в доход Капальской станицы. Казачество не хотело расставаться с деньгами. А гражданская администрация области не имела в своем распоряжении средств, из которых могла бы часть выде­лить на капитальный ремонт. Однако для мелкого ре­монта здания она ежегодно вносила в смету 60 рублей. Но несколько лет подряд и эти мизерные средства не це­нз пользовались по назначению. В этом заключалась тра­гедия курорта.

Администрация края и области начала между собой интенсивную переписку, в которой муссировался вопрос о закрытии курорта. В 1899 году областное правление ре­шило его закрыть.

С закрытием курорта было согласно и Семиреченское отделение Российского общества Красного Креста, кото­рое обратилось к военному губернатору области с прось­бой отправить мебель Капал-Арасанского курорта на Барлыкские минеральные воды.

Но вопрос о закрытии курорта мог быть окончательно разрешен только генерал-губернатором Туркестанского края. В апреле 1901 года он «изволил признать жела­тельным поддержать» здание ванного корпуса и на его ремонт использовать 1402 рубля от сбора с больных за пользование водами и помещениями.

В том же году были расчищены арыки, перестроены деревянные мостики, восстановлено в парке пять аллей и цветник. Сделаны 13 новых мостиков, отремонтированы три входных крыльца в кирпичное здание. Но имеющихся средств не хватало. По мнению уже третьего уездного начальника- Лебедева необходимо было не менее трех тысяч рублей. Он сообщал: «...необходимо разбирать крышу. Старое ржавое железо крыши вновь в дело не пойдет, и необходимо заменить его новым. Ремонт этот тем не менее произвести следует безотлагательно, так как, если произойдет случаи обвала балок, то и здание и ванны утратят всякое значение - пользоваться ими бу­дет невозможно. Я не говорю уже о том, что может произойти несчастный случай с людьми, если обвал слу­чится в сезон купания».

Несмотря на отчаянные донесения уездного начальни­ка Лебедева, областная администрация не выделяла требуемой суммы. Лебедев производил посильные ре­монты, пытаясь предотвратить процесс разрушения.

В газете «Семиреченские областные ведомости» за подписью В. Стародубцева в 1909 году появилась неболь­шая корреспонденция «Арасанские минеральные клю­чи».

Автор описал агонию умирающего курорта. А она про­должалась еще пять лет. В марте 1914 года Лебедев делает распоряжение запечатать двери ванн, «чтобы никто не мог в них купаться и тем подвергать себя опасности». Дело в том, что балки перекрытия «совершенно сгнили и крыша грозит падением». Только после это­го администрация Семиреченской области дала распоря­жение составить смету на капитальный ремонт здания и выделила средства.

Известный гидротехник Б. X. Шлегель, до революции долго живший в Семиречье, писал, как проводили сво­бодное время больные. «На источниках Капало-Арасанских... жизнь... очень скучная, однообразная, при полном отсутствии каких-либо развлечений. Больные большую часть дня, особенно во время холодных ветров, проводят время... в кровати или за чаем, который от ску­ки пьют очень часто, или просто за обывательскими раз­говорами... Когда позволяет погода, больные начинают бесцельно бродить... Особенно грустное впечатление про­изводит отсутствие самых элементарных удобств... Сно­шения с внешним миром... чисто случайные. Газеты читать обыкновенно не приходится, так как они не доставляются совсем или доставляются крайне редко. То же самое с письмами и всякой другой корреспонден­цией».

Борис Христофорович Шлегель не до конца догово­рил. Больные, снедаемые скукой, от безделья предава­лись карточной игре и пьянству. К их услугам над обыва­тельскими домами Арасанского поселка курился дымок самогонщиков.

П

осле установления Советской власти на заседа­нии Капальского уездного Совета рабочих, солдат­ских и крестьянских депутатов 14 июня 1918 года было вынесено постановление: «...кто занимается тайным винокурением... должен быть немедленно предан револю­ционному суду и подвергаем строжайшему наказанию вплоть до расстрела».

Упорная борьба с самогонщиками велась и после гражданской войны. Это была и борьба за сохранение хлеба, которого в стране остро не хватало в результате сокращения площади посевов во время войны и страшно­го неурожая 1921 года.

В 1930 году Капал-Арасан посетила комплексная экс­педиция Пятигорского бальнеологического института. Она изучала гидрогеологию и состояние курорта, иссле­довала лечебные свойства минеральной воды. Разрабо­тала ряд мероприятий по возрождению курорта. В част­ности, необходимо было увеличить дебит воды путем бурения новых скважин, в лечении больных использовать климатические факторы и кумыс. Предложила открыть прием больных.

Нё прекращались исследования и в последующие годы. Около 30 лет своей жизни посвятил изучению ку­рорта казахстанский ученый-медик Сергей Иванович За­мятин, много энергии и времени отдавал он организа­торской работе по улучшению медицинского обслужива­ния больных.

В 1931 году был создан Казахский курортный трест (Казкурорттрест), он организовывал и финансировал исследовательские работы, занимался строительством и благоустройством курортов республики, планировал и организовывал прием больных. Им был организован при­ем и обслуживание больных в Капал-Арасане, разрабо­тана программа коренной реконструкции с устройством правильного каптажа и строительством ванного здания.

В 1933 году Казкурорттрест издает небольшую книгу «Курорты Казахстана». В ней дано краткое описание всех курортов республики, в том числе и Капал-Арасана, и подчеркивается, что «источники обладают большими целебными свойствами... В дальнейшем Капал несомнен­но получит значение не только бальнеологического, но и... климатического курорта в связи с прекрасными кли­матическими условиями».

Ванное здание и другие сооружения курорта были от­ремонтированы, восстановлены арыки, обновлен парк. К этому времени вошла в эксплуатацию Туркестано-Сибир-ская железная дорога (Турксиб). На лечение приезжали со всей республики. От железнодорожной станции Мула-лы до Капал-Арасана они доставлялись автомобилями. Это было нововведением, которое обеспечило постоянный приток посетителей и отодвинуло в область воспоминаний недавние трудности поездок в крестьянских телегах по грунтовым дорогам Семиречья при летнем зное в безвод­ной степи.

Комплексная экспедиция Центрального института курортологии, обследовавшая в 1938 году все курорты республики, отметила: курорт Капал-Арасан функ­ционирует с 25 мая по 1 октября. Имеет 115 коек. За се­зон обслуживает 460 больных. «Ванны отпускаются без подогрева в двух писцинах с песчаным дном над грифо­нами источников. Каждая писцина вмещает одновремен­но по 3-4 больных. Поступление воды в писцины очень медленное, вследствие чего пропускная способность ван­ного зала ограничена. Приходится начинать отпуск ванн в 5 часов утра и заканчивать около 7-8 часов вечера». Экспедиция рекомендовала в ближайшее время выпол­нить гидрогеологические и каптажные работы с целью увеличения дебита источников, а потом приступить к строительству нового ванного здания, расширить пло­щадь парка, построить столовую и жилые дома для ме­дицинского и обслуживающего персонала. Был отмечен ряд преимуществ Капал-Арасана по сравнению с другими курортами: расположен на равнине, что открывает прак­тически неограниченные возможности для строительства; большие запасы минеральной воды, прекрасные клима­тические условия.

Обстановка тревожных предвоенных и тяжелых воен­ных лет не позволила вести работы по реконструкции п расширению курорта. Они были начаты в 1949 году. На курорте появилось два павильона и четыре дачного типа стандартных дома для размещения больных, рентгенов­ский и физиотерапевтический кабинеты, клиническая ла­боратория. Комнаты больных и жилые дома курортного персонала электрифицированы и радиофицированы, устроена подземная канализация, подведен водопровод. Площадь парка увеличена. В 1957 году на станции Мулалы было построено благоустроенное здание остано­вочного пункта. В этом же году в старом ванном здании Капал-Арасана писцины были уничтожены, а вместо них установлено 15 отдельных ванн, в которые подведена вода из пробуренной скважины. Годом ранее в 200 мет­рах от ванного здания построили прекрасный бювет, к которому подведена по трубам вода «глазного» и «желу­дочного» источников. Медсестра выдавала больным воду для питья. Здесь же желающие получали кумыс.

В 1959 году надстроен второй этаж старого ванного корпуса. На втором этаже разместились многочисленные лечебные кабинеты: физиотерапевтический, рентгенов­ский, лечебной физкультуры, функциональной диагности­ки, массажный, орошения и субаквальных ванн. А в со­седнем здании - клиническая лаборатория и другие лечебные кабинеты, снабженные новейшим оборудова­нием.

Архитектор очень вдумчиво подошел к реконструк­ции. В фасаде, по существу, нового двухэтажного здания сохранены черты бывшего ванного корпуса. На строи­тельство второго этажа использован идентичный по ка­честву красный кирпич. Сохранение внешнего вида бы­лого здания подчеркивает его монументальность, а главное, напоминает о почтенном возрасте и богатом прошлом минеральных источников.

С 1961 года курорт перешел на круглогодичную рабо­ту. Началось движение самолетов по маршруту Капал-Арасан - Алма-Ата. Курорт все увеличивается - было построено 7 зимних и 6 летних корпусов. Особенно хорош новый спальный корпус с солярием наверху, где на изящных креслах-качалках удобно располагаются боль­ные. Отсюда открывается красивая панорама. Парк пе­ресекается аллеями и дорожками. Везде установлены скамейки. Много цветников. Оборудован водный бассейн, демонстрируются в клубе кинофильмы, есть музыкаль­ный салон, книжный, продовольственный и промтовар­ный магазины, сувенирные и газетные киоски...

С 1973 года начата реконструкция Капал-Арасана. Построен комфортабельный комплекс на 500 мест. В пя­тиэтажном здании предусмотрены все удобства для отдыхающих.

Также намечено строительство жилого поселка для обслуживающего и медицинского персонала. Будут построены школа, магазины, автостанция, гостиница. Здания будут многоэтажные. Проезжая часть улиц и тротуары покроются асфальтом. Поселок будет утопать в зелени. Он станет одним из красивейших в Казахстане. Будущая, еще большая популярность Капал-Арасанскнх вод обеспечена.

Министерство автомобильных дорог Казахской ССР приступило к строительству для своих рабочих и служа­щих, инженеров и техников собственного оздоровитель­ного комплекса.

Первая очередь строительства почти завершена. В ближайшие годы будут осуществлены объекты второй очереди -два спальных корпуса, лечебный корпус, клуб, столовая на 300 мест.

Дачный городок в ближайшие годы не уступит про­славленным курортным местам Северного Кавказа и Черноморского побережья по красоте, уюту, удобствам и эффективности лечения.



Раздел: Находки краеведа



От: Noskov,  




Если Вам требуются сантехнические работы, то в Санремонт починят и дадут гарантию.





Скрыть комментарии (0)


Вход/Регистрация - Присоединяйтесь!

Ваше имя:
Комментарий:
Avatar
Фото:
Обновить
Введите код, который Вы видите на изображении выше (чувствителен к регистру). Для обновления изображения нажмите на него.


Похожие темы:



« Вернуться
« Польские прабабушки советских «катюш»история английского пистолета-пулемёта СТЭН »

Кубистическая композиция :: Суетин Николай
Культуры раннего и развитого неолита на территории СССР
Супрематизм с восемью прямоугольниками
Мужчина с котом и женщина с ребенком
Широкая двухстворчатая внутренняя дверь без остекления

Русский кат (Правосудие по-русски)



Картины Малевича
Картины Шагала
Лучшие исторические фильмы

Топ 100 кино
Павел Филонов
Лучшие эротические триллеры
Топ 100 лучших комедий 21 века
 
 
 Лучшие фильмы о Великой Отечественной войне