Опубликовано: Июль 12, 2011

Пянджикентский некрополь

  Пянджикентское кладбище можно назвать уникальным. Ни один из древних городов Средней Азии не сохранил в такой целости домусульманское кладбище, как Пянджикент. Выше не раз указывалось, что за пределами пянджикентского Шахристана не лежит ни одной мусульманской могилы. Все находящиеся там могилы по характеру своего захоронения должны быть признаны зороастрийскими.

  Согласно древним зороастрийским воззрениям тело умершего не подлежит захоронению, так как оно представляет собой скверну, от которой нужно как можно скорей освободиться. Поэтому зороастрийцы тела своих умерших отдавали на съедение хищным зверям и птицам; в Согде содержали даже особых собак, которых приучали питаться только трупами. В домусульманское время в Иране, например, были специальные помещения - дахмы - в виде открытых площадок, куда складывались трупы умерших и где их пожирали шакалы, хищные птицы или специальные собаки. Кости умерших не считались, однако, скверной, в силу чего тщательно собирались и хоронились в особых склепах, которые в арабских источниках именовались наусами, термином греческого происхождения. Трудно сказать, применяли ли сами согдийды и зороастрийцы этот термин.

  Особенностью среднеазиатского и, в частности, согдийского зороастризма был свой способ захоронения костей умерших. В Средней Азии согдийцы и близкие им древние народности искусственно отделяли мясо от костей. Мясо выбрасывали хищникам или собакам, а кости складывали в особые гробики - остаданы, или оссуарии. Термин «оссуарий» никогда нигде не бытовал, он искусственно введен русским ученым археологом Н. И. Веселовским и обозначает «костехранилище». Оссуарий от латинского слова «os», что значит «кость».

  В Средней Азии археологи часто находят оссуарии. Прекрасные оссуарии найдены на Афрасиабе - городище древнего Самарканда, лежащем сейчас же на север от старого города, в окрестностях Самарканда, в районе города Ката-Курган, точнее, в местечке Биянайман, в Хорезме и других местах, в том числе, как увидим ниже, и в Пянджикенте. Оссуарии отличаются друг от друга формой и декорировкой фасадной стенки. У иранских зороастрийцев не было, по-видимому, обычая складывать кости умерших в оссуарии, так как те немногие оссуарии, которые там найдены, быть может, принадлежат не им.

  Пянджикент давно был известен находками на его территории оссуариев; производились на его кладбище и раскопки, однако только в 1948 году началось систематическое его изучение путем тщательного вскрытия склепов, так называемых наусов, где хоронились небольшие гробики с костями умерших, или оссуарии. В течение трех лет - с 1948 по 1950 год - на пянджикентском некрополе производились раскопки наусов. В 1948-1949 годах раскопки были проведены Б. Я. Стависким и О. Большаковым, а в 1950 году Е. А. Мончадской.

 

  Пянджйкентский некрополь лежит на юг от городских стен, на расстоянии 300-400 метров от них, занимая значительную территорию, хотя само количество наусов не так-то уж велико. Большая часть наусов вытянута цепочками, т. е. наусы, или могильные склепы, один за другим расположены в определенном направлении. Прежде всего, хочется задать вопрос: почему подавляющее большинство наусов вытянуто в цепочку? Что означает такая цепочка?8 Нам представляется, что «цепочка наусов» - явление не случайное. Пянджикент VII-VIII веков был еще дофеодальным обществом и не изжил еще совсем родовых связей, которые в качестве пережитка играли в общественных отношениях большую роль. Пянджикентцы тогда жили патриархальными семьями, очень считались с родственными отношениями и подчеркивали их не только в жизни, но и после смерти своих ближайших и дальних родственников. Вот почему они хоронили кости своих умерших в наусах, расположенных цепочками. Каждая такая цепочка и являлась совокупностью наусов, принадлежавших одной родственной линии.

  За три года раскопочных работ в пянджикентском некрополе был раскрыт 31 наус, из них 15 раскопали в разных местах кладбища, а 16 -в восточной части последнего, придерживаясь порядка вскрытия «цепочки» и связанных с ней наусов, лежащих кругом у западного ее («цепочки») конца.

  Развалины наусов в настоящее время представляют небольшие холмики от 1,6 до 2 метров вышины.

  Все наусы являются однокомнатными постройками. Стены у них сложены из пахсы или сырцового кирпича, толщина стен в среднем 1 метр. Стены внутри помещении сохранились на высоту несколько больше 1,5 метра, хотя имеются наусы, стены которых ниже 1 метра. Внутри помещения, почти всегда квадратного в плане, стены имеют в длину, как правило, 2 метра, реже около 3 метров. Вдоль стен протянуты суфы, выложенные из сырцового кирпича, высотой чуть больше 20 сантиметров.

  Входной проем помещения находится в восточной, южной и северной стенах. Вход оформлен чаще всего сводчатым перекрытием, сложенным из сырцового кирпича. Ширина входного проема до 1 метра. Высота от иола до пяты свода от 70 до 90 сантиметров.

  Остановимся несколько на группе наусов, раскопанной полностью. Возьмем три из них: № 18, № 19, № 23. Описанные в сравнении друг с другом, они дадут нам интересные варианты. Наус № 18имеет типичный входной проем высотой 0,89 сантиметра. Вход глядит на север и выложен из большого сырцового кирпича, типичного для древнего Пянджикента, Вход имеет свод из того же кирпича. Кладка проведена с двух сторон кирпичами, поставленными наискось. Камера науса по размерам своим невелика, в; плане квадратная, по сторонам у нее ±2,08-2>III метра. Стены выложены из того же сырцового кирпича. Где же помещались в наусах глиняные гробики с костями умерших? Как правило, все наусы были ограблены еще в древности, по-видимому, в период арабского завоевания и вскоре после него. Надо думать, что не только цели грабежа толкали арабов на проникновение в камеры наусов. Кроме ограбления, было и желание осквернить могилы неверных, столь ненавистных тогда воинствующим мусульманам. Проникали грабители и осквернители через входные проемы или через отверстия, выбитые в перекрытии. Итак, все раскопанные наусы оказались ограбленными. Вот почему оссуарии повсюду были разбиты, а кости разбросаны. Оссуарии складывались, по-видимому, на суфы, где они и ставились рядами. В среднем, по наблюдению Б. Я. Ставиского, который специализировался на раскопках наусов, в камере науса покоились кости не более десяти умерших. Отсюда ясно, что наус является склепом семьи, причем семьи не патриархальной, а индивидуальной, а если это было так, то цепочка наусов могла включать одну или несколько патриархальных семей, т. е. целый клан.

  Как же выглядел пянджикентскнй оссуарий? В подавляющем своем большинстве оссуарии сделаны из обожженной глины. Обжиг у них нормальный, однако, в ряде случаев слабый. Вылеплены они из хорошо просеянной, или, как говорят археологи, хорошо отмоченной глины и покрыты красноватым ангобом! По форме пянджикентские оссуарии представляют прямоугольные ящики с закругленными углами. Степень закругления иногда бывает столь значительной, что оссуарии приближаются к овальной форме. Парадная стенка этих оссуариев декорирована колесиками в четыре-шесть спиц или крестами типа мальтийского. Вообще в отношении орнаментации пянджикентские оссуарии ниже самаркандских и особенно биянайманских, о которых уже упоминалось выше. Почти все оссуарии имеют крышки. Одни из них цельные с ручкой посредине и отверстием для прохода воздуха, другие составлены из двух половинок, неплотно складывающихся, в силу чего в щель также проходит воздух. Цельные крышки с ручкой встречаются на оссуариях овального типа. Иногда ручки на этих крышках оформлялись в виде человеческих фигурок.

  Особо нужно отметить фрагмент крышки с ручкой в виде обнаженной женщины (наус № 4). Овальные крышки, как правило, орнаментированы стилизованными ветками. Составные крышки всегда делаются для прямоугольных оссуариев.

 В камерах, где хранились оссуарии, обыкновенно находятся обломки сосудов из обожженной неполивной глины, по формам своим такие же, как и те, что встречаются в раскопках на Шахристане и Кухендизе. Они, как правило, относятся к VII-VIII векам. По-видимому, сосуды эти (по большей части кувшины с удлиненным туловом и широким горлом) служили для культовых целей. В определенные дни года родственники приносили в них пищу своим умершим предкам. В наусах встречаются и жертвенные бараньи кости, и согдийские монеты, относящиеся к тому времени, что и монеты в зданиях I, II и III.

 

  В камеры наусов клались и золотые монеты. Во всяком случае, в № 23, раскопанном в 1950 году, - самом большом в описанной выше «цепочке» наусов - найден золотой брактеат (золотой односторонний оттиск с монеты) с изображением согдийского воина с копьем. Воин повернут влево, если считать со стороны смотрящего, правая нога у него вытянута; на нем боевой кафтан, на голове шлем (?); лицо согдийского типа, копье воин держит двумя руками, причем оно как бы направлено для удара, на конце копья флажок типа стандарта. Изображение воина заключено в круг из перлов. Смотря на это изображение, нельзя не вспомнить серебряного блюда из деревни Кулагаш бывшей Пермской губернии с изображением двух воинов. Правый из них точно так же держит копье, так же повернут влево, у него иной только шлем.

  Находимые в камерах наусов различные предметы, обычно характеризующие быт живых людей, указывают на загробные представления пянджикентцев VII и начала VIII века. Разобраться в них нам помогут слова замечательного ученого XI века, хорезмийца ал-Бируни, прекрасно знавшего религии и обычаи древних народов Средней Азии. «Жители Согда, - пишет ал-Бируни, - в конце месяца хшум оплакивали своих древних умерших, рыдали над ними, надрезали себе лица и ставили для них (перед их могилами) пищу и питье подобно персам». Слова эти не нуждаются в комментариях, они полностью разъясняют наличие в камерах наусов кувшинов и чаш.

 Вернемся теперь к наусам как архитектурным памятникам. Если принять во внимание их центрическое строение, квадратное в плане, то мы сможем с достаточным основанием видеть в них прототип мусульманских мавзолеев. Едва ли можно согласиться с рассуждением, что исторически невозможно представить, чтобы мусульмане при своей ненависти к зороастризму и другим религиям использовали формы их культовой архитектуры для целей ислама. В противовес этому можно указать на такие факты, как использование христианских храмов, храмов огня, языческих храмов под мечети, что имело место в Бухаре, Самарканде и других городах в VIII веке.

 



Раздел: Древний Пянджикент



От: Noskov,  








Скрыть комментарии (0)


Вход/Регистрация - Присоединяйтесь!

Ваше имя:
Комментарий:
Avatar
Фото:
Обновить
Введите код, который Вы видите на изображении выше (чувствителен к регистру). Для обновления изображения нажмите на него.


Похожие темы:



    « Вернуться

    « Метательное оружие чакра: Смерть на пальцеРПГ-7: Гранатомёт универсал »

    Кубистическая композиция :: Суетин Николай
    Культуры раннего и развитого неолита на территории СССР
    Мечтательные импровизации
    Портрет В.А. Павлова
    Полтавское сражение Северной войны 1700-1721 годов. Не на тех нарвались…

    Пшеница и ячмень в Триполье



    Картины Малевича
    Картины Шагала
    Лучшие исторические фильмы

    Топ 100 кино
    Павел Филонов
    Лучшие эротические триллеры
    Топ 100 лучших комедий 21 века
     
     
     Лучшие фильмы о Великой Отечественной войне