Опубликовано: Июнь 22, 2011

ЩИТ КНЯЗЯ ДИВАШТИЧА

  Среди памятников материальной культуры, найденных в замке на горе Муг, наибольшую ценность представляет деревянный щит, обтянутый кожей с изображением согдийского всадника из среды дехканской знати. К сожалению, щит не дошел до нас в целом виде. Сверху и снизу у него отбиты куски, вследствие чего у всадника не сохранилось головы, а у лошади - ног. В длину щит имеет 61, а в ширину 23 сантиметpa. Изображение всадника дано на мягко-желтом фоне. Лошадь породистая, крупная, хорошо обученная. Корпус лошади и фигура всадника покрыты тем же желтым, только более темного тона, цветом, слегка оранжевого оттенка. Лошадь и всадник оконтурены красными и частично черными линиями. Шея лошади красиво изогнута, черная густая грива отливает темно-зеленым цветом. Голова лошади увенчана шарообразным красным украшением на стержне. Нижняя часть морды покрыта красной повязкой. На лошади видна богатая сбруя. Деревянное седло с высокой лукой покрыто чепраком, кольцеобразные ремни охватывают грудь и круп лошади. Всадник в боевом длинном кафтане, покрывающем ноги, сидит в седле в чуть изогнутой изящной позе. Кафтан, по-видимому, покрыт параллельными поперечными кожаными пластинками, примитивно изображенными красными линиями. Слева у всадника висит на перевязи несколько спущенный вниз длинный меч. К нему привешен короткий боевой, нож, типа кортика, слева же подвешено большое кожаное налучье, из которого торчат концы двух луков, сзади видно оперенье стрелы, находящейся в колчане, привешенном справа. В левой, изогнутой, руке всадник держит булаву, а в правой изящным жестом уздечку лошади, которая находится в состоянии бега. Таково самое краткое описание щита с изображением согдийского всадника из замка на горе Муг. Не исключена возможность, что щит этот принадлежал князю Диваштичу или кому-нибудь из его ближайшего окружения. Во всяком случае, как и все остальные предметы из замка на горе Муг, щит относится к началу VIII века нашей эры.

  В чем же научная ценность щита? В том, во-первых, что он представляет собой весьма выдающийся памятник живописного искусства древних таджиков, во-вторых, щит изображает нам не только лошадь, но и всадника в полном вооружении. Если присоединить к вооружению всадника на щите упомянутые выше стрелы из замка на горе Муг, то мы получим деревянный щит, обтянутый кожей, боевой кафтан, длинный меч, булаву, луки и налучье, стрелы, колчан и другие предметы вооружения.

  Остановимся сначала на щите как памятнике древне-таджикской живописи. Прежде всего, бросается в глаза, что это - подлинное произведение искусства, причем искусства не завозного, а местного и самобытного. В буржуазной историографии широко распространен ложный, исторически неверный, реакционный взгляд, согласно которому народы Средней Азии в древности и средние века все свои художественные произведения в литературе, изобразительном искусстве и архитектуре творили путем подражаний образцам, взятым из Ирана и созданным раньше их персами. Уже внимательное изучение всадника на щите из замка на горе Муг говорит, что у этого произведения искусства очень мало сходного не только с памятниками живописи сасанидского Ирана, которых, кстати говоря, дошло до нас значительно меньше, чем таких же памятников Средней Азии, но и с изображениями всадников (по большей части иранских шахиншахов) на сасанидских блюдах. Отличия проявляются не только в самом стиле изображений, но и в их деталях: в манере носить оружие, в расположении его на левой или правой стороне тела и т. д. Интересно, что у «согдийского всадника» имеется немало сходства с изображениями на стенных росписях в буддийских монастырях далекого Синьцзяна (восточный Туркестан). Сходство выражается в близком характере костюмов - например, кафтан согдийского всадника сходен с кафтанами всадников, приносящих дары Будде, на стенных росписях пещерных монастырей в Синьцзяне, - а также в манере подвешивать меч и другие предметы вооружения.

 Некоторые черты сходства проглядывают и в характере рисунка и в подборе красок. Чем же объясняется это сходство согдийского всадника со стенными росписями из Синьцзяна? Неужели здесь возможно было какое-то влияние одного искусства на другое в смысле внешнего воздействия? Нам представляется, что нет надобности прибегать здесь к «теории влияний». Сходство это объясняется проще. Известно, что значительное количество согдийцев в течение V-VII веков, а в меньшем числе и раньше, в качестве переселенцев заселило немало районов по торговой дороге из Согда в Китай, вплоть до китайской стены, главным образом в Семиречье, долинах Тарима и АкСу в Синьцзяне. Здесь многие из согдийцев оставили веру своих отцов и стали буддистами, а еще чаще сами переселившиеся согдийцы были уже до переселения буддистами, что облегчало им внедрение в среду местного синьцзянского населения. Не подлежит сомнению, что пришельцы - земледельцы, ремесленники и торговцы - оказались крупной культурной силой на новых местах, что не могло не сказаться и на самом искусстве, на стиле стенных росписей в буддийских монастырях. Известно, что художественные традиции у народа держатся долго, даже в условиях переселения на новые земли, в обстановке новой культурной среды. Согдийцы перенесли свои навыки, технику, художественные приемы и вкусы в поселения в долину Тарима и Ак-Су в Синьцзяне, что и сказалось на отмеченной выше стенной живописи в Синьцзяне. Отсюда, конечно, и та близость, которая имеется в буддийских памятниках Синьцзяна и Согда. Это скажется, как мы увидим ниже, и на пянджикентских стенных росписях.

  Несколько слов еще о научном значении деревянного щита с изображением согдийского всадника как источника для изучения согдийского вооружения. Согдийцы, как известно, были народом, любящим свободу и независимость, и отличались воинственным духом, когда это надобно было для защиты своей земли от нападения врагов. Их вооружение находилось на уровне своего времени, но отличалось чертами своеобразия. Эта особенность в научной литературе уже отмечена, правда не на согдийском, а хорезмийеком материале. Особенность эта сказывается прежде всего в форме самого оружия, например мечи согдийские - длинные и узкие, а мечи персидские того же времени - короче и шире. Иная манера носить их у согдийцев и персов: согдийцы привязывают свои мечи слева, причем, если судить не только по щиту с изображением согдийского всадника, а и по стенным росписям VII-VIII веков из Пянджикента, спускают их несколько на ремнях с пояса. Разная манера у согдийцев и персов носить луки: согдийцы их складывают в особые кожаные сумки - налучья, из которых и торчат концы луков, персы налучья не носят. Имеются, конечно, и другие отличия, но и сказанного достаточно, чтобы ясно представить черты своеобразия и в этой области культуры у древних таджиков.

  Находки в замке на горе Муг тесно связаны с Диваштичем - владетелем Пянджикентского княжества. Это был один из самых влиятельных владетелей в Согде. Характерно, что согдийские документы из замка на горе Муг именуют Диваштича не только «господином Панча», как звали кратко Пянджикент, но и «согдийским царем и господином Самарканда». Как это понять? Только в одном смысле, - что в какие-то годы он был действительно самаркандским афшином и согдийским ихшидом, не переставая оставаться и владетелем Пянджикента. Пока еще в науке не установлены точные годы, когда это имело место. Вероятнее всего это были последние годы его жизни, когда согдийцы не захотели мириться с предательской политикой своего царя Гурека и, по-видимому, отказавшись признавать его власть, передали ее Диваштичу.

  Пянджикентское княжество имело в длину, если считать по течению Зеравшана, немного более чем 100 километров. Во всяком случае, вверх по реке оно доходило до замка на горе Муг и несколько выше, вниз по реке оно простиралось до того места, где была поставлена плотина Варагсар, что и значит «голова плотины»; теперь здесь находится селение Рабати-Ходжа. Место это в ирригационном отношении издавна было очень важное: отсюда отходил большой арык, поставлявший воду в Самарканд и его окрестности.

  В пянджикентское владение входили, по-видимому, частично земли по Магиан-Дарье и Кштуту, во всяком случае, земли, находящиеся в нижнем течении этих рек. Значение самого города Пянджикента обусловливалось несколькими важными причинами. Прежде всего, Пянджикент был последним городом Согда, если двигаться вверх по Зеравшану, в горы. Выше городов не было, имелись только селения и горные замки, расположенные в излучине, при впадении горных саев в Зеравшан или другие реки - Кштут, Магиан-Дарыо, Фан-Дарью, Ягноб-Дарью, Искандер-Дарью и т. д.

  К Пянджикенту с гор по горным тропам сходились торговые пути от указанных выше горных селений и замков. В Пянджикент свозили с гор кожи, овечью шерсть, прекрасный сухой урюк, а из Пянджикента везли все, что выделывали селения и города Согда: шелковые, хлопчатобумажные ткани, вооружение, изделия из золота и серебра, керамику и т. д.

  Не случайно, что в документах на согдийском языке, найденных в замке на горе Муг, часто встречается термин «бадж» в значении «торговая пошлина», а также связанный с ним термин, обозначающий «сборщик торговых налогов». Эти факты определенно указывают, что в Пянджикенте была настоящая таможня, которая и производила в пользу пянджикентского владетеля систематические взимания со всех товаров, идущих в горы и обратно. Имел большое значение Пянджикент и в качестве религиозного центра. В одном из вакфных документов XVI века, в котором говорится о землях в районе Пянджикента, принадлежавших „потомкам Ходжи-Ахрара, Пянджикент назван Мугкеде-и-Пянджикент. В самом этом названии заключено представление людей XVI века о прошлом Пянджикента как места святилищ древних мугов, молившихся в храмах огня. В настоящее время, после того как раскопаны в древнем Пянджикенте уже два домусульманских храма, значение его как религиозного центра подтверждается целиком. Не был ли Пянджикент действительно религиозным центром в домусульманское время каких-то пяти селений, что и значит самое название Пянджикент?


Раздел: Древний Пянджикент



От: Noskov,  








Скрыть комментарии (0)


Вход/Регистрация - Присоединяйтесь!

Ваше имя:
Комментарий:
Avatar
Фото:
Обновить
Введите код, который Вы видите на изображении выше (чувствителен к регистру). Для обновления изображения нажмите на него.


Похожие темы:



« Вернуться
« Катана: Душа самураяПулемёт MG42: «Косторезка» Гитлера »

Кубистическая композиция :: Суетин Николай
Культуры раннего и развитого неолита на территории СССР
Св. Джон
Купание ребенка
Меч из рыбьего носа

Муравьёв-Вешатель: Патриот, да не тот



Картины Малевича
Картины Шагала
Лучшие исторические фильмы

Топ 100 кино
Павел Филонов
Лучшие эротические триллеры
Топ 100 лучших комедий 21 века
 
 
 Лучшие фильмы о Великой Отечественной войне