Опубликовано: Январь 27, 2016

Армия князя Тараруя (Хованщина)

 

Лучше отрок, чем слабоумный



Фото: хованщина в истории

27 апреля 1682 года над Москвой прогремел траурный набат — колокола возвестили о смерти молодого царя Фёдора Алексеевича. В тот же день русская знать собралась в Кремле, чтобы решить: кому теперь царствовать? Вопрос оказался сложным. Фёдор умер бездетным, и престол должен был перейти к одному из его братьев: Ивану или Петру. По старшинству сесть на трон полагалось первому, да только 15-летний Иван рос болезненным и более того — слабоумным. Пётр, напротив, был смышлён не по годам, да только ему не исполнилось и 10 лет. Проблема усугублялась ещё и тем, что братья были от разных матерей: Иван — сын Марии Милославской, первой жены Алексея Тишайшего, Пётр же был рождён второй женой царя Натальей Нарышкиной. Так что выборы правителя затрагивали интересы сильнейших дворянских родов. И разгорелся жаркий спор.

Уж лучше отрок Пётр, чем скорбный главою Иван! — настаивали одни, но в ответ слышали: «Не отдадим трон старшему, — нарушим закон престолонаследия».

Патриарх Иоаким нашёл выход из положения — созвал на Красной площади всех чиновников и служилых и спросил у них: «Кому быть царём?».

Да будет единый царь и самодержец Пётр Алексеевич! — почти единогласно провозгласил народ. Ведь все знали о слабоумии Ивана.

Так первенство осталось за Нарышкиными. И как ни сокрушалась старшая сестра отвергнутого Ивана царевна Софья, в тот же день Петра посадили на трон.

Воля элиты

Теперь в государстве, казалось, должен был установиться покой. Но этому воспрепятствовали стрельцы. В то время стрельцы считались элитным подразделением русской армии. Этот род войск особенно возвысился при царе Алексее: они стали личными телохранителями монарха, пользовались привилегиями и получали повышенное жалование. Его сын Фёдор не так трепетно относился к стрельцам. После смерти Алексея Михайловича с ними стали обращаться как с простыми солдатами. Более того, стрелецкие начальники нередко присваивали часть жалования подчинённых, заставляли работать на себя и даже подвергали телесным наказаниям. И если обычные солдаты это сносили стойко, недавняя элита терпеть отказалась. Однако когда стрельцы подали Фёдору жалобу на одного своего полковника, ответом стал приказ: выпороть челобитчиков кнутом.

И вот после смерти царя стрельцы решили, что смена власти — отличный шанс вернуть себе былое положение. Уже 30 апреля они подали челобитную сразу на всех своих 16 полковников, пригрозив:
Если не учините им правосудия, расправимся с ними сами!
Испугавшись бунта, бояре пошли на уступки: взяли указанных начальников под стражу, а вместо них назначили тех, кого пожелали сами стрельцы. Те потребовали ещё и права наказать полковников. Бояре снова согласились. Больше недели нечастных ежедневно избивали батогами их бывшие подчинённые.

За это время стрельцы поняли, что они — сила, с которой считаются. Солдаты ходили по городу вооружёнными толпами, дерзили даже дворянам, а избранные ими командиры были им не указ. Когда несколько человек из стрелецкого командования попытались восстановить в войске дисциплину, их попросту сбросили с каланчи.

Надобно кусаться

И тут царевна Софья и её родня смекнули, что это отличная возможность вернуть себе власть — нужно лишь направить стрелецкую агрессию в нужное русло. Сторонник Милославских князь Иван Хованский по прозвищу Тараруй стал наговаривать стрелецким лидерам на юного царя и его родственников, призывая:
Мы должны защитить отечество наше! Не то что саблями и ножами, зубами надобно кусаться!
Стрельцы уважали князя, называли его своим «батюшкой» и верили ему беспрекословно. Среди них распространялись слухи, будто Нарышкины собираются извести стрельцов. 14 мая в войске разошлась и вовсе возмутительная сплетня.

Сказывают, что Иван Нарышкин надел царский наряд и венец, сел на трон и заявил, что ему они идут лучше, чем кому другому, — шептались стрельцы. — А когда царевна Софья и её брат Иван стали его за то укорять, он бросился на царевича и, верно, задушил бы, да подоспела стража!
А уже на следующий день по войску прокатилась тревожная весть: Иван Нарышкин задушил царевича Ивана!
Стрельцы тут же с оружием ворвались в Кремль, крича:
Давайте сюда губителей царских!
Каково же было их удивление, когда навстречу им вышла царица Наталья с целым и невредимым Иваном.

Я жив, и никто не думал меня изводить, — заверил их царевич.

Да только неожиданное воскрешение Ивана уже не могло утихомирить взбунтовавшееся войско.

Выдайте нам изменников Нарышкиных, мы весь их корень истребим! — кричали стрельцы.

Разъярённая толпа ворвалась во дворец и принялась убивать «изменников».

При этом у стрельцов оказался заранее заготовленный список, кого следует устранить. В этом списке оказался брат царицы Афанасий Нарышкин, и его сбросили с крыльца на копья. Однако второго брата, Ивана, стрельцы так и не нашли.27 марта 2012 года в Санкт-Петербурге в особняке Нарышкиных был обнаружен клад, состоящий из множества ценных вещей. На некоторых предметах стоял герб этого знаменитого дворянского рода.Столица оказалась во власти бывших царских телохранителей. По всей Москве, в том числе и в Кремле, стрельцы расставили караулы. По городу «творились бесчинства и убийства» — бунтовщики беспощадно карали всех, кого подозревали в измене. Царь Пётр же и все его окружение оказались в заложниках.

Мы не уйдем из дворца, пока не выдадите нам главного преступника — Ивана Нарышкина, — заявляли стрельцы.

— Твоего брата придётся выдать, — упрекнула Софья царицу Наталью. — Что ж нам всем из-за него пропадать?
Иван смирился и сам вышел к стрельцам. Его тут же схватили, подвергли пыткам, а затем подняли на копьях, после чего тело «изменника» изрубили на куски и втоптали в грязь.

Хованщина

Нарышкины были низвержены. Теперь Милославским требовалось воплотить то, ради чего все затевалось, — посадить на трон Ивана. Но ведь нельзя без причины сместить уже выбранного царя. И Милославские нашли выход. Софья стала щедро одаривать стрельцов деньгами и обещать, что она добьётся выплаты им всех долгов по жалованию. Авторитет царевны сильно возрос в стрелецкой армии. А чтобы бунтовщики стали ещё покладистее, Софья поставила над ними любимого ими князя Тараруя-Хованекого.

23 мая по наущению «батюшки» стрельцы подали в Думу челобитную с просьбой, чтобы вместе с Петром царём признали и Ивана. Спорить никто не решился — спустя три дня объявили: «Быть на престоле двум царям!». А 29 мая стрельцы предложили: пока цари не достигли совершеннолетия, пусть государством руководит их благодетельница царевна Софья. Так 25 июня 1682 года на царство венчались сразу два царя, а регентшей при них стала 24-летняя сестра.

И тут Милославских, которые, казалось, добились своего, ждал сюрприз — им достался трон, но ни власть! Москва по-прежнему осталась в стрелецком кулаке. Да только теперь бунтовщики стали диктовать условия царевне Софье.

Для начала стрельцы потребовали, чтобы резня, которую они устроили в мае, была признана «верной службой государям». В честь этого события на Красной площади следует воздвигнуть памятный столп со списком «побитых злодеев».

Всем, кто принимал участие в казнях, надлежит выдать похвальные грамоты, чтобы после никто не мог упрекнуть их в незаконности репрессий. Более того, стрельцы стали активно вмешиваться в управление государством, предлагать законы и диктовать, кого и на какие должности назначать.

Пользуясь смутой, поднялись раскольники-старообрядцы, некогда загнанные в леса церковной реформой. Их проповедники теперь открыто ходили по городам и призывали народ отречься от осквернённой Церкви. К удивлению Софьи, одним из главных сторонников возвращения прежней веры оказался князь Иван Хованский. Вообще, стрелецкий «батюшка» всё больше беспокоил царевну.

Именно на мне держится все царство! — заявлял он. — Когда меня не станет, в Москве будут ходить по колено в крови!
Софья понимала, что стрельцы преданы князю больше, чем ей. Российское правительство жило в страхе, ожидая, что в любой момент бунтовщики могут снова учинить резню. Этот эпизод вошёл в историю под названием Хованщина.

Кровавые именины

Между тем до двора дошёл слух, что 19 августа во время крёстного хода стрельцы собираются перебить всё царское семейство и посадить своего «батюшку» Тараруя на трон. Никто из царского окружения не вышел на крёстный ход, а на следующий день оба юных царя, Софья и все их приближённые уехали в село Коломенское. Покинули столицу и все бояре. Москва осталась во власти Хованского. Он разъезжал по городу в карете под охраной пятидесяти телохранителей, а во дворе у него всегда стояла в карауле стрелецкая сотня.

1 сентября царская семья встретила в Коломенском Новый год, а утром они обнаружили на воротах записку. Верные люди предупреждали: Хованский собирается убить обоих царей, царицу Наталью, царевну Софью и патриарха, а одну из царевен выдать за своего сына. После этого в государстве возродят старую веру, всех её противников истребят, а их вотчины раздадут стрельцам. Сам же князь Тараруй станет новым государем.

Софья поняла, что медлить больше нельзя. Она с царским семейством укрылась за стенами Саввино-Сторожевского монастыря и стала там тайно собирать силу, дабы противостоять стрелецкому войску. Во все концы державы помчались гонцы. «Люди, послужите нам, великим государям, для очищения от воров и изменников царствующего града Москвы, — писала подданным Софья. — Идите к нам со всею своею службою и запасами с великим поспешением».

Между тем у царевны появился план, как лишить бунтовщиков их лидера. Софья объявила, что 17 сентября ждёт всех дворян в селе Воздвиженском на торжество по случаю её именин. Поехал на праздник и Хованский. Да только когда он в пути остановился отдохнуть, его шатёр окружило посланное Софьей войско. На именины князь попал связанным. Когда стрелецкому «батюшке» объявили, в чём его обвиняют, тот ответил:
Что ж, бояре, извольте тогда выслушать имена тех, кто именно стоял за стрелецким бунтом!
Софья не дала ему договорить. Испугавшись, что князь раскроет заговор Милославских, она приказала тут же привести в исполнение приговор. Хованского вывели за ворота и обезглавили.

Узнав о смерти «батюшки» и о том, что царевна собирает ополчение, стрельцы испугались. Посланная ими делегация бросилась Софье в ноги с покаянием. И правительница простила войско, благодаря которому заполучила трон. Однако предупредила: впредь любой, кто вздумает бунтовать, пусть пощады не ждёт!

Журнал: Тайны 20-го века, №50 — декабрь 2015 года
Рубрика: Правители земли русской
Автор: Олег Горосов

bagira.guru

 


От: NevzlinaT







Похожие темы


----------------------------



Скрыть комментарии (0)


Вход/Регистрация - Присоединяйтесь!

Ваше имя:
Комментарий:
Avatar
Фото:
Обновить
Введите код, который Вы видите на изображении выше (чувствителен к регистру). Для обновления изображения нажмите на него.


« Вернуться

« Обилие новгородских раскопокОлисей Гречин »

Кубистическая композиция :: Суетин Николай
Культуры раннего и развитого неолита на территории СССР
Семья рыбака
Вильгельмова карусель
Королева Теоделинда не уберегла Рим от разграбления

Любимые доспехи Генриха VIII (1491-1547 года)



Картины Малевича
Картины Шагала
Лучшие исторические фильмы

Топ 100 кино
Павел Филонов
Лучшие эротические триллеры
Топ 100 лучших комедий 21 века
 
 
 Лучшие фильмы о Великой Отечественной войне