Опубликовано: Ноябрь 5, 2015

Блеф генерала Ямаситы (Битва за Сингапур)

Битва за Сингапур началась на следующий день после нападения японцев на Пёрл-Харбор и закончилась намного большей по масштабам катастрофой.

Англичане сдали неприступную крепость вдвое меньшим силам противника

Фото: битва за Сингапур — 1942 год

Такого грандиозного военного поражения история Британии ещё не знала, а престиж великой империи в глазах азиатских народов оказался утерян навсегда.

Город Сингапур находится на одноимённом острове, отделённом от южной части полуострова Малакка проливом Джохор шириной не менее полумили. В 1819 году англичане создали здесь торговую зону, а в 1867 году «отжали» эти земли у султаната Джохор и включили их в состав империи.

Пункт был стратегически важным, поскольку контролировал Малаккский пролив, соединявший Индийский и Тихий океаны. Постепенно либо прямо в состав империи, либо в виде протекторатов англичане присоединили соседние султанаты, образовавшие британскую Малайю.

К 1941 году население Сингапура насчитывало около 550000 человек — китайцев, малайцев, индийцев и, разумеется, британцев. На острове создали военно-морскую базу, возвели форты и комплексы береговых укреплений, мощные орудия которых были нацелены на запад, восток и юг — в море. Но те, кто обрушат британскую власть, пришли с севера — со стороны суши.

Блаженное спокойствие

Хотя к концу 1941 года перспектива войны с Японией выглядела очевидной, английские стратеги считали, что в отношении Сингапура непосредственная угроза отсутствует.

Подобраться к городу по суше можно было, двигаясь с севера на юг по Малаккскому полуострову. Но сначала японцам следовало войти в Сиам, правительство которого придерживалось нейтралитета.

Также у самураев имелась возможность высадить десант на севере Малайи в районе Кота-Бару. И сразу возникал вопрос: как осуществлять его снабжение в условиях господства на море британского флота? Рассматривался англичанами и ещё один вариант, при котором японцы, наплевав на нейтралитет Сиама, высаживали десант на юге Сиама — в Сингоре и Патани. Но здесь тоже возникали вопросы со снабжением.

От Сингоры до Сингапура требовалось пройти 747 километров, пусть и двигаясь вдоль железной дороги, но преодолевая множество естественных препятствий — джунглей, рек, болот, горных хребтов. От Кота-Бару расстояние до Сингапура было меньшим, но тоже впечатляло — 568 километров.

Самоуспокоенности британцев способствовало и пренебрежительное отношение к японским вооружённым силам, более четырёх лет пытавшимся установить контроль над Китаем. Единственное же в последние годы серьёзное столкновение с «европейскими» войсками в лице Красной армии окончилось унизительным поражением при Халхин-Голе. Внедрившиеся в сознание «расы господ» штампы гласили, что один европейский солдат стоит десятка азиатов, а японские командиры не способны к смелым решениям — как на тактическом, так и на стратегическом уровне.

Разработанный британцами план обороны назывался «Матадор», из чего можно предположить, что японцам отводилась роль тельца, обречённого на заклание.

Предполагалось, что при высадке в Сингоре британцы стремительно пересекут границу с Сиамом, блокируют противника и гарантированно его уничтожат. Оборонительные работы в Малайе свелись к тому, что на пригодных для высадки пляжах натянули по ряду колючей проволоки и вырыли огневые точки, оборудовав их палками, имитировавшими пулемёты.

На острове Сингапур обращённые к материку укрепления не стали возводить из-за того, что в них скапливалась вода, да и рабочих рук не хватало. В самом городе на идею оборудовать бомбоубежища махнули рукой, не найдя для них свободного места. От затемнений отказались, поскольку практиковались отключения электричества, вырубали и вентиляцию, которой, впрочем, были оборудованы только дома англичан и богатых китайцев.

Унижение «Матадора»

Начало операции по захвату Малайи и Сингапура японское командование запланировало на 8 декабря 1941 года, синхронизировав его с нападением на Пёрл-Харбор. Войск выделили вдвое меньше, чем было у британцев, зато обеспечили подавляющее превосходство в авиации (около 500 самолётов на 110). Противопоставить же 180 японским танкам британцы могли только имевшиеся у них противотанковые мины и гранаты. Лорды считали, что в джунглях танки вообще не нужны.

Ещё 6 и 7 декабря патрульные самолёты англичан трижды обнаруживали в море японские корабли с десантом. Командование в первый раз заявило, что лётчики ошиблись, во второй — что им показалось, а в третий — что самураи собираются нападать на Сиам и, следовательно, «для нас это угрозы не представляет».

В ночь с 7 на 8 декабря японцы высадились на Кота-Бару и ринулись в глубь Малайи. В ту же ночь 17 самолётов появились над Сингапуром и спокойно отбомбились по центру города. Спустя полчаса после их ухода огни, наконец, погасили. Количество жертв исчислялось десятками, и, хотя никакого вреда инфраструктуре бомбёжка не причинила, психологический эффект был несомненный.

Утром 9 декабря британские самолёты покружили над уже опустевшими пляжами Кота-Бару, после чего сели для дозаправки на близлежащих аэродромах. Здесь-то их и накрыла японская авиация. Количество самолётов у англичан сократилось вдвое. Британский флот вышел из игры после того, как японская морская авиация 10 декабря уничтожила линейный крейсер «Рипалз» и линкор «Принц Уэльский».

Тем временем 8-я английская бригада, выполняя план «Матадор», перешла границу с Сиамом, но была остановлена тремя сотнями таможенников и пограничников. Вялый и обошедшийся без человеческих жертв бой затянулся на несколько часов, после чего оттеснившие противника британцы заночевали, утром позавтракали и на грузовиках двинулись дальше. За очередным поворотом они наткнулись на японский танк, который, открыв огонь, вынудил всю колонну к отступлению.

Известие о высадке японцев в тылу — у Кота-Бару — вызвало в войсках синдром окружения и напугало их командующего сэра Артура Персиваля, приказавшего очистить северо-восток полуострова.

Дальнейшие события разыгрывались по стандартной схеме. Британцы пытались перекрыть дороги, самураи сбивали эти прикрытия танками либо обходили врага по джунглям. На следующем рубеже сценарий повторялся.

О характере боёв дают представление события, связанные с прорывом из окружения 45-й английской бригады полковника Андерсона. Помочь ей должна была 53-я бригада, личный состав которой, не дождавшись еды, бросил позиции и отправился на поиски полевых кухонь.

Тем временем Андерсон погрузил раненых в две кареты скорой помощи и отправил их к японцам, вверяя «великодушию противника». Вражеский офицер остановил машины у моста через ущелье и передал свой ответ: либо 45-я бригада сдаётся, либо раненые будут убиты. Поняв, что им грозит, водители незаметно сняли машины с тормозов, и обе скорые помощи своим ходом, под уклон, съехали к британским позициям. Бой возобновился.

Примерно четверть британцев смогли вырваться из окружения через болота. Около двух сотен раненых вместе с медиками были оставлены в одной из деревушек. Всех их японцы расстреляли из пулемётов и добили штыками.

Удивление Черчилля

В середине января 1942 года для объединения усилий сражающихся на Тихом океане вооружённых сил США, Британии, Австралии и Голландии было создано совместное командование (ABDA) во главе с английским генералом Арчибальдом Уэйвеллом. Прибыв в Малайю и изучив ситуацию на фронте, он сообщил, что японцы имеют все шансы «войти в Сингапур через заднюю дверь», овладев им со стороны суши.

Уинстон Черчилль разослал по военным инстанциям указания, что именно следует сделать (сформировать резервы, подготовить минные поля и полевые укрепления, взять под контроль все частные суда), но при этом не скрывал своей растерянности: «Мне никогда ни на одну секунду не приходило в голову, что горловина крепости Сингапур с её великолепным рвом шириной от полумили до мили не укреплена полностью от нападения с севера. В результате такого пренебрежения вся безопасность крепости зависит от десятка тысяч человек, которые могут пересечь пролив на небольших лодках. Я предупреждаю вас, что это будет одним из величайших скандалов, который может раскрыться».

31 января остатки разбитых в Малайе британских войск отступили в Сингапур, взорвав дамбу, связывающую материк с островом. После всех поражений в распоряжении Персиваля оставалось 85000 человек против, как он предполагал, 60000 японцев. Но гордые британцы теперь как о счастье мечтали отсидеться за Джохарским проливом. На самом же деле японцев было всего 36 тысяч. Паника у англичан дошла до того, что контр-адмирал Спунер приказал взорвать вверенную ему военно-морскую базу. Корабль, на котором он пытался бежать в Индию, был потоплен японскими самолётами. Спунер и его спутники добрались до пустынного клочка земли, где умерли от голода, зноя и жажды.

Персиваль пытался сохранять хладнокровие и, решив, что японцы настроены на долгую осаду, приказал в день тратить не более 20 выстрелов на орудие. Войска он расположил по северному побережью острова, хотя разумнее было сосредоточить их на самых угрожаемых направлениях, подготовив на случай прорыва подвижные резервы.

К числу таких угрожаемых участков относился защищаемый 22-й австралийской бригадой северо-восточный берег, вблизи которого проходили шоссейная и железная дороги. Именно здесь Ямасита и решил организовать переправу. Для соблюдения тайны все жители в полосе мили от пролива были выселены, а все плавающие средства конфискованы.

«На карту поставлена честь империи…»

Утром 8 февраля начались бомбёжки и артобстрел австралийских позиций, но Персиваль считал, что не происходит ничего экстраординарного. В 10 часов вечера японцы на сотнях понтонов, лодок и самодельных плотов начали переправу. Британский прожекторный полк имел приказ пореже включать освещение; артиллеристов о том, что происходит нечто экстраординарное, тоже никто не уведомил. В общем, высаживающихся на берег самураев встречал только огонь пехоты.

К утру 9 февраля на захваченном плацдарме скопилась 10-тысячная группировка, а к вечеру туда прибыл и Ямасита со своим штабом.

Уэйвелл удержать город уже не надеялся и как-то очень своевременно сломал себе два ребра, после чего был эвакуирован в Индию. В госпитале он получил телеграмму от Черчилля: «Защитники, очевидно, значительно превосходят по своей численности японские войска, форсировавшие пролив, и если бой будет вестись, как следует, то они должны разбить японцев. Сейчас не следует думать о том, чтобы спасти войска или уберечь население. Битву следует вести до конца, чего бы это ни стоило. Командиры и старшие офицеры должны умереть вместе со своими солдатами. На карту поставлена честь Британской империи и английской армии. Я полагаю, что Вы не проявите снисхождения к какой бы то ни было слабости. Когда русские так дерутся, и когда американцы так упорно держатся на Лусоне, вопрос стоит о репутации нашей страны и нашей расы. Рассчитываем, что все силы будут введены в бой с этим противником, и борьба будет доведена до конца. Я уверен, что эти слова выражают Ваши собственные чувства, и пишу их Вам только для того, чтобы разделить с Вами Ваше бремя».

Уэйвелл ответил, что шансов победить мало, и верно определил причину поражений: «Основным недостатком является слабая подготовка подкреплений и чувство неполноценности, вызванное смелой и искусной тактикой японцев и их господством в воздухе. Я не думаю, чтобы Персиваль имел в своём распоряжении такое количество войск, которое вы назвали. Не думаю, чтобы у него было более 60-70 тысяч в лучшем случае. Однако очевидно — этого будет достаточно, чтобы расправиться с высадившимся противником, если удастся заставить войска действовать с достаточной энергией и решительностью».

Ни энергии, ни решительности у Персиваля уже не оставалось. К 14 февраля японцы захватили резервуары с питьевой водой и большинство складов с горючим, выйдя непосредственно к окраинам города. Но положение наступающих было безнадёжным: боеприпасы заканчивались, а потери оказались таковы, что не позволяли думать о штурме города.

«Чёрное воскресенье»

Безнадёжным считали своё положение и англичане.

15 февраля, в день, оставшийся в британской истории как «чёрное воскресенье», после службы в соборе Персиваль созвал военный совет и поставил вопрос ребром: сдаемся или переходим в контрнаступление с тем, чтобы отбить склады и резервуары? Члены Военного совета выступили за сдачу.

В 14 часов Персиваль с белым флагом в руках отправился на переговоры. Ямасита понимал: если англичане даже просто будут сидеть в обороне, ему придётся отводить свои войска, что значило проигрыш. И он решил подвергнуть британцев психологическому прессингу.

Сначала их продержали под палящим солнцем, а затем провели в тесное помещение и потребовали безоговорочной капитуляции. Персиваль поставил белый флаг в угол и сказал, что окончательный ответ даст в половину одиннадцатого вечера. Ямасита решил ни в коем случае не выпускать их отсюда и, застучав кулаком по столу, закричал, что если не получит ответа немедленно, его войска перейдут в общее наступление.

Персиваль впал в состояние стресса, пытался отложить решение вопроса, но в конце концов отдал приказ прекратить огонь в половине девятого вечера. Единственное, что он сумел выторговать, — это обещание сделать «всё возможное» для мирного британского населения.

Падение в Сингапуре Япония отмечала как национальный праздник: каждая семья получила от правительства пакетик красных бобов, а каждый ребёнок от 13 лет — кулёк с леденцами. И повод для радости действительно имелся: сильнейшая крепость оказалась захвачена в результате удивительной по энергии (и даже нахальству!) операции против более сильного, но морально подавленного неприятеля.

Как писал Ямасита: «Наша стратегия была чистым блефом, но блефом, который нам удался».

Силы сторон на 8 февраля 1942 года

Британские войска в Малайе

85 тысяч (20 тысяч англичан, 14 тысяч австралийцев, 35 тысяч индийцев, 16 тысяч малайцев) На 15 февраля убито — 2 тысячи, ранено — 5 тысяч, пленных — 80 тысяч

Японская 25-я армия

36 тысяч На 15 февраля убито — 1713, ранено — 2772

Артур Эрнест Персиваль (1887-1966 гг.) генерал-лейтенант

В юности работал агентом по продаже железа. Уйдя на Перовую мировую войну, закончил её в чине подполковника. В 1919 году принимал участие в интервенции на севере России. В 1920 году — сражался против ирландских борцов за независимость, которые объявили за его голову награду в 1 тысячу фунтов и совершили несколько неудачных покушений.

В начале Второй мировой войны отметился при эвакуации из Дюнкерка и в войне против Ирака. В апреле 1941 года назначен главкомом Малайского командования.

После капитуляции Сингапура содержался в лагере для пленных высших офицеров в Маньчжурии. Освобождён советскими войсками.

2 сентября 1945 года принимал на Филиппинах капитуляцию Ямаситы. В отставку вышел генерал-лейтенантом, но пенсию получал генерал-майорскую. В 1957 году развернул кампанию против фильма «Мост через реку Квай», в котором, по его мнению, некорректно показывалось поведение пленных британских офицеров.

Ямасита Томоюки (18864946 гг.) генерал-лейтенант

Родился в семье сельского врача. В 1919-1922 годах служил военным атташе в Германии, затем на аналогичной должности — в Австрии и Венгрии. С 1931 года — в военном министерстве, но через пять лет по подозрению в причастности к неудачному перевороту был переведён в Корею командиром бригады.

После командировки в Германию ратовал за развитие авиации, формирование мобильных танковых и воздушно-десантных соединений. В июле 1941 года назначен командующим 25-й армией.

Взяв Сингапур, стал национальным героем, что раздражало военного министра Тодзио. Лишь после его отставки Ямасита в 1944 году получил должность командующего войсками на Филиппинах, где и сражался до окончания войны.

За совершенные при захвате Малайи и Сингапура военные преступления приговорён американским судом к смертной казни.

Журнал: Военная история, №9 — сентябрь 2015 года
Рубрика: Главное сражение
Автор: Дмитрий Митюрин

bagira.guru
категория: искусство войны



От: NevzlinaT







Скрыть комментарии (0)


Вход/Регистрация - Присоединяйтесь!

Ваше имя:
Комментарий:
Avatar
Фото:
Обновить
Введите код, который Вы видите на изображении выше (чувствителен к регистру). Для обновления изображения нажмите на него.


Похожие темы


----------------------------



« Вернуться

« Двухстворчатое окно в стиле модерн с верхней откидной форточкойШирокое окно в стиле модерн с четырьмя верхними и четырьмя нижними створками »

Кубистическая композиция :: Суетин Николай
Культуры раннего и развитого неолита на территории СССР
Моей нареченной
Солдат на коне (Скачущий гусар)
Ворон — предвестник или обычная птица?

Меч для героя (магия этого оружия)



Картины Малевича
Картины Шагала
Лучшие исторические фильмы

Топ 100 кино
Павел Филонов
Лучшие эротические триллеры
Топ 100 лучших комедий 21 века
 
 
 Лучшие фильмы о Великой Отечественной войне