Статьи  >>  Литература древнего Китая
От: MilanaK


Опубликовано: Февраль 5, 2011

   Гимн «Державный» от начала до конца посвящен описанию деяний предков, а больше всего самого Прекрасного. В гимне нет ни малейшего намека на обрядовый характер. Однако, как и в «Илиаде» у греков, в «Махабхарате» и «Рамаяне» у индийцев, где все дела приписывались воле богов, так и здесь присутствует «Державный верховный владыка» (синоним Неба) и направляет действие на протяжении всего повествования. Песня начинается с того, что владыка «ищет, как бы народ успокоить», ибо оба великие царства давно лишены управленья. Взоры его останавливаются «на западе». Там он избирает достойного, равного Небу, дарует ему земли, над устройством которых и начинается работа. Толкователи называют героя великим ваном, фактически же родословная Прекрасного здесь начинается с двух братьев - Тайбо и Ван Цзи, причем характеризуется лишь последний, «увенчанный славой», приняв щедроты Неба, он «их не утратил». Затем приходит время «принять счастье» Прекрасному, которого наставляет владыка:

Так не будь ты мятежным смутьяном,

Сластолюбцем, что завистью дышит.

Гордо шествуй вперед, поднимайся все выше.

(Перевод В. Зайцева)

Далее рассказывается о том, как царь, «грозный в гневе», разгромил дерзкое племя Ми - чужое войско, вторгшееся в пределы его царства:

На холмах наших бой не посмеет затеять... Не посмеет шить воду источников наших...

(Перевод В. Зайцева)

Верховный владыка снова обращается к Прекрасному, говорит, что полюбил его «за светлую доблесть», и повелевает ему идти на Чун. Перед ним «мощные чунские стены», но победа одержана, и чунский род порабощен:

Взятых в плен одного за другим допросили, Отрезая спокойно им левое ухо.

Как видно, содержание песни подчинено единому плану. Рассказ о подвигах царя (разгром племени Ми и взятие чунской крепости) обрамлен в рамки рассказа о деяниях самого верховного владыки. Это он, задумав перестроить Поднебесную, ставит новых правителей - чжоусцев. Он же руководит поступками Прекрасного. Словом, он главный герой, который предпринял все для установления в стране единства, и песня заканчивается словами:

Нет противников больше во всей Поднебесной!

Такое единство композиции требует уже значительного мастерства и служит показателем высокого развития художественного творчества.

Содержание песни «Светлая, светлая доблесть», как и предшествующей, сконцентрировано вокруг события, составляющего подвиг другого царя, Воинственного - битвы при Муе.

Песнопений, славящих победителя при Мус, в «Книге песен» сохранилось довольно много. Эта победа привела к образованию государства Чжоу. Оно состояло из множества царств с остатками демократического управления для свободных граждан, с суровой машиной для порабощения других племен и собственных сородичей в соседних царствах. Постоянные войны, тяжелая жизнь рождали легенду о «золотом веке» правления мудрых государей (Прекрасного и Воинственного), когда

...В мире покоились царства, часто бывал урожай. (IV.III 9)

Обращаясь к мечте о счастливом царстве, народ приписывал своим героям все, что хотел видеть на земле, возвеличивал их, пел им славу. Поэтому эпизоды побед данных царей и были •использованы для утверждения их добродетелей. Героям покровительствовало Небо, мощь их войск неотразима, а результатом победы всегда являлось установление всеобщего мира, единства, и это объясняло интерес народа к героям и событиям.

Еще более типична для эпического жанра песня «Уединенный храм». Содержание ее, как уже говорилось, указывает, что она создана в период соперничества царств. Луский царь - глава богатого аристократического рода - имеет большое и хорошо вооруженное войско, чувствует себя вполне независимым. Его воинственные намерения хорошо передает песня:

Тысяча, царь, у тебя боевых колесниц...

Воинов пеших десятка три тысяч....

Кто же посмеет теперь с нами спорить!..

Этот гимн свидетельствует о том, что с образованием новых сословно - политических групп эпос перестает быть объективным с точки зрения всего общества в целом и начинает удовлетворять потребностям только аристократической верхушки. Песня еще сохраняет в себе черты эпики, но уже приспосабливается к иным целям. Она славит того, кому служит певец. Насколько эпична ее первая часть, настолько же тенденциозна вторая. Каждая строфа восхваляет царя как опору чжоуских ванов за благочестие, силу, доблесть и кончается пожеланием царю долголетия и здравия.

Раньше такие песни посвящались предкам, теперь же они исполнялись в честь царствующего лица. Не случайно в целом ряде песен, аналогичных по содержанию и форме второй части «Уединенного храма», появлялся «певец». Таков гимн «Тыквы взрастают одна за другой на плетях» (III,I,3), заключение которого шло от первого лица (четыре раза повторялось «я же скажу»), в других случаях («Небо, рождая людей», «Сосна - гора высока» III,5) певец даже называл себя по имени - Цзифу. Об этом же свидетельствовали и песни «В шестую луну», «Сбирали просо». Они исполнялись па пирах, и певец, по - видимому, не забывал польстить и гостям, и хозяину.

Формальные признаки также дают основание в целом ряде случаев предположить творчество певца - мастера своего дела. Он отлично знает сказания и народные песни, хорошо в них ориентируется при импровизации, используя выработанные народом художественные средства.

Среди них наблюдаются такие типичные для эпического повествования приемы, как чрезвычайно детализированное описание. В песне «Державный» с большими подробностями повествуется о второстепенном по значению эпизоде - расчистке земель:

Всю землю вокруг расчищали

От деревьев гнилых и засохших.

Привели все в порядок и все разровняли...

(Перевод В. Зайцева)

Другой прием - замедленность повествования - наблюдается в изложении захвата чунской крепости. Здесь по существу повторяются строки из наставления владыки:

С твоими братьями на Чун пойдешь. И колесницы поведешь, Взяв лестницы осадные, тараны. И стены приступом возьмешь.

К этим двум приемам, тесно друг с другом связанным, присоединяется и третий прием эпического повторения, который включает постоянные эпитеты и повтор строк в рамках одной песни, встречающиеся в других жанрах, но и особый прием - повторение типических или общих мест.

Выше уже говорилось о сходстве в родословных в трех гимнах. Но и, кроме того, первая строфа «Уединенного храма» представляет собой краткий пересказ целой песни «Рождение народа» с дословным повтором одних строк и сходным строением других. В песнях повторяются и отдельные факты. Например, сообщение о том, что Тайбо «поселился на южном склоне горы

Двуглавой», передается одними и теми же словами в гимнах «Державный» и «Уединенный храм». В гимнах «Светлая, светлая доблесть» и «Уединенный храм» в одних и тех же выражениях рассказывается о победе Воинственного над иньцами:

Без колебаний вступил на равнину Муе. Неба владыка снисходит к тебе.

Итак, в песнях использовался широко известный материал, для изложения которого уже была выработана определенная форма и отобраны факты. При расширении и сокращении допускались лишь небольшие отклонения. Этим объясняется то, что в гимне «Светлая, светлая доблесть» после битвы при Муе следует описание колесницы и коней, прославление сподвижника Воинственного и констатация победы; «Иньскую мощную рать разбивает У ван». Описание той же битвы в «Уединенном храме» отнюдь не является самоцелью, поэтому здесь говорится лишь, что царь «разбил иньскую рать», что были там и его соратники. Факт один и тот же, но в первом гимне он более конкретизирован.

Общие места часто обнаруживаются также в детализированных описаниях. Подробно выписаны кони чуть ли не всех мастей в песне «Могучие добрые кони» (IV, IV, I). Сходные строки о конях и колесницах встречаются как общие места в песнях «В шестую луну», «Великие Ханьские горы» (III,III,7) и др., в которых повествуется о воинах и походах, о свадебном поезде. Интересно отметить в этих описаниях, что колесница чаще всего запряжена четверкой коней, тогда как вожжей всегда шесть или «три пары»; и даже когда мчатся три тысячи колесниц, раздается звон восьми бубенчиков.

Могуча, красива четверка копей, две руки сжимают три пары вожжей...

(«Боевая колесница» I, XI, 3)

или:

Четверка вороных могучих

И шесть вожжей в руках... (I, XI, 2)

или:

И сотня колесниц грохочет, и восемь бубенцов звенят...

(«Великие ханьские горы»)

Многие выражения гимнов уже застыли как определенные формулы. Знамя рисуется непременно с драконом («Пурпурная птица», «Пред вами цари предстают» IV,II,8); на состязаниях стрелки берут «по четыре стрелы» («Тростник с дороги» III, II, 2), спускают их «согласно» («Колесницы наши прочны» II,III,5; «Гости к циновкам подходят сперва» II, VII, 6); в здравице обычна формула долголетия - до «желтых волос», «седых бровей» или оба выражения вместе и т. д.

Все эти приемы, образующие так называемое эпическое раздолье, вместе с чрезвычайной наглядностью деталей и монументальностью образов героев в рассказах об их деяниях и подвигах показывают, что китайское народное творчество, как и творчество других народов, обладавших древней историей, доходит в своем развитии до стадии эпики. Эпическая песня рождается на основе гимна в честь священного предка. С течением же времени она начинает избирать героем не только священных, «равных Небу» ванов, но и все усиливающуюся знать. На этой ступени интересы народа и певца - исполнителя, находящегося на службе у знати, перестают совпадать. Творчество певца постепенно становится индивидуальным, хотя он все еще использует выработанную веками народную форму.

Отсутствие же в Китае крупного цикла героических сказаний можно объяснить тем отбором, которому подверглись песни при составлении «Ши цзина». Основание для такого заключения давал ряд общих мест из предания о великом Драконе - покорителе потопа, основателе так называемой династии Ся. Эти общие места в различных гимнах, посвященные первому правителю иньцев - Испытующему, прародителю чжоусцев - царю Просо, и ряду других героев, говорили за то, что подобный цикл, связывающий воедино все три племени: Ся, Шан - Инь и Чжоу (под общим названием «Три династии» в других источниках), был создан или что в этом направлении были предприняты серьезные попытки.

О том же говорили и гимны мифологического содержания в честь родоначальников племени Шань - Инь («Пурпурная птица») и Чжоу («Рождение народа»), которые сохранились в «Книге песен».

В первом гимне давалось краткое изложение «истории» племени Шан - Инь, от его зарождения до царствования Испытующего (Тана), а затем одного из внуков Удина, т. е. более чем за пять столетий (согласно традиции, с XVIII по XII в.). Эта «история» начиналась от тотема - птицы, действовавшей по воле Неба; от первого иньского царя, который стал править по приказу предков:

Некогда предков веленьем воитель наш Тан принялся править землею во всех четырех сторонах. В каждой назначил старейшину он, Вскоре уж девять пошло областей...

В следующих строчках наблюдалось закрепление должности вождя за одним родом (хотя она передавалась еще не по отцовской, а по материнской линии - от дядей к племянникам). Большая же часть гимна славила внука Удина:

А потомок Удина - воинственный ван.

Под драконовым флагом десятки его колесниц.

В битвах во всех побеждал он врага.

Все подносили нам яства, вина..

В заключение же, как обычно, пели славу Небу, по воле которого было ниспослано счастье племени иньцев.

в начало статьи Обрядовая песня Китая

 


« Предыдущая страница | Страница 3 из 4 | Следующая страница »





Скрыть комментарии (0)

Извините, Ваш аккаунт не имеет доступа к добавлению комментариев.


« Вернуться
« НАРОДНАЯ ПЕСНЯ КИТАЯ - Трудовая, любовная, лиро-эпическая песняОраторское искусство и философские школы Китая »

Картины Малевича
Картины Шагала
Мирискусство

  
Философские школы Китая

Литература Индии