Статьи  >>  Литература древнего Китая
От: MilanaK


Опубликовано: Февраль 5, 2011

В гимне «Воинственному» славится царь, который, одержав победу над иньцами, положил конец войнам. Гимн «Создало небо» воспевает мирное правление царя Прекрасного (Вэнь вала). При нем повсюду «вплоть до гор высоких, пролегли ровные дороги». Равного Небу царя Просо гимн «О, прекрасный» славит за его дар людям: он научил их выращивать злаки.

С пробуждением интереса к событиям старины и к деяниям героических предков отдельные упоминания о них в гимнах привлекают все большее внимание, объединяются, дополняются новыми сведениями. Объем их расширяется. Гимн вырастает в сказание, которое зачастую теряет всякую связь с обрядом и существует помимо него, исполняется на праздниках, на пирах.

Пиршества в древнем Китае устраивались не только на жертвоприношениях, похоронах, но и во многих других случаях. В своде «Ши цзин» сохранились песни о пирах с братьями, с друзьями и о пирушке вдвоем с милым. Но больше всего представлено пиршественных мужских песен. Здесь и простая пирушка благородных мужей на росистой траве, и пир в честь гостя, вложившего лук в чехол, или по случаю состязания в стрельбе, удачной царской охоты и победоносного похода на гуннов.

В далекой древности в песне и пляске на пиру, вероятно, состязались все (обычай слагать стихи, загадывать загадки, как и метать стрелы в цель, сохранился и до XX века, причем проигравшему доставалась штрафная чарка). Но постепенно стали выделяться и певцы - профессионалы. Это были слепые, которые

играли на музыкальных инструментах и пели на пирах («Слепцы явились» IV,II,5). С появлением певцов - профессионалов, в процессе исполнения и импровизации происходило все большее усложнение и совершенствование, как содержания, так и художественной формы песен.

Слава в честь царя, хозяина, гостя, как и в честь отдельных отличившихся лиц, ограничивалась сначала воспеванием обычных достоинств мужа и воина. Так, герой песни «Сколь величав» (I,VIII, 11) оплот во время войны - восхвалялся за красоту лица и быстроту ног, меткость в стрельбе и превосходство в танце. Конкретные же подвиги его не указывались, сам он оставался безымянным. Не назывались и имена предков в некоторых культовых гимнах, в которых воспевались по существу само жертвоприношение и те блага, которые оно должно было принести живым.

Затем в гимнах начали воспевать деяния героев, с именами которых связывалось появление рода и племени; в пиршественных же песнях также появилось изложение событий, явившихся причиной торжества. По - видимому, в IX в. до н. э. были сложены песни о событиях того времени - повествование о походе полководца Инь Цзифу против гуннов («В шестую луну» II, III,3), о победе над южными варварами военачальника Фан Шу («Сбирали просо» II,III,4). Так в гимнах и в пиршественных песнях, отошедших от обряда, появился сюжет. В рассказах о подвигах далеких и современных певцам героев стала оформляться эпическая поэзия с мифологическим, легендарным и историческим содержанием. Процесс развития эпической песни в Китае, таким образом, шел по тем же путям, что и в любой древней литературе, вполне отвечая схеме, сформулированной выдающимся русским фольклористом А. Н. Веселовским. «Заплачки и причитания, писал он, входили в обрядовую тризну, лирические сетования чередовались с воспоминаниями об усопшем, о его делах и доблестях; то и другое сопровождалось иногда и действом, пляской... Когда дело шло о видном члене рода, витязе, властителе, эпические воспоминания переживали момент лирической заплачки, потому что аффект слабел со временем, новое поколение ощущало его менее страстно, а личная память о подвигах продолжала держаться и крепнуть».

В «Книге песен» сохранилось сравнительно небольшое число сказаний о деяниях мужей, предков и богов. Наиболее характерны из них «Державный» (III, 1,7). «Светлая, светлая доблесть», «Уединенный храм» (IV, IV, 4).

Эти три песни сходны по плану и теме. Каждая из них посвящена одному герою: «Державный» царю Прекрасному, «Светлая, светлая доблесть» Воинственному, «Уединенный храм» сыну первого и брату второго Чжоу гуру и его потомкам, государям царства Лу. Во всех песнях подробно излагалась одна и та же родословная. Все три героя, таким образом, принадлежали к одному царственному роду. В этом сказалась тенденциозность отбора, которую проявляли составители свода песен. Действуя в интересах чжоуского рода и царства Лу, как родины Конфуция и его школы, они отобрали, а возможно, и приспособили к ним все, что, так или иначе, способствовало их возвеличению. Здесь необходимо отметить, что гимн «Уединенный храм», более поздний, чем два остальных, возводил род Чжоу к наиболее отдаленным временам. Кроме упоминавшихся в двух первых гимнах предков - Тайбо и Ван Цзи, для луского царя указаны еще праматерь Цзяп Юань с ее сыном, царем Просо, о котором также говорилось, что он «продолжил дела Юя», того самого мифического Дракона, который назван предшественником и первого правителя рода Инь, испытующего (Тана), и ряда других ранних героев (смотри также упоминания о продолжателях дел древних Ся, родоначальником которых, считался Юй, например «Мы в должное время объехали» IV, 1,8). Сыграла ли здесь роль народная фантазия, либо к гимну были присоединены какие - либо другие легенды, но так или иначе в этом проявился все растущий интерес народа к своей истории, стремление познать ее истоки.

в начало статьи Обрядовая песня Китая

 


« Предыдущая страница | Страница 2 из 4 | Следующая страница »





Скрыть комментарии (0)

Извините, Ваш аккаунт не имеет доступа к добавлению комментариев.


« Вернуться
« НАРОДНАЯ ПЕСНЯ КИТАЯ - Трудовая, любовная, лиро-эпическая песняОраторское искусство и философские школы Китая »

Картины Малевича
Картины Шагала
Мирискусство

  
Философские школы Китая

Литература Индии