Статьи  >>  Литература древнего Востока
От: MilanaK


Опубликовано: Август 5, 2011

ЕГИПЕТСКАЯ ЛИТЕРАТУРА XXI - XVIII вв. до н. э.

Дальнейшего подъема литературное творчество Египта достигает в период Среднего царства (XXI -XVIII вв. до н. э.). Этот период заслуженно назван египтологами классическим. Новое объединение страны после периода раздробления не привело, однако, к полной централизации. Отдельные номы (области) сохранили известную долю самостоятельности, что сказалось и в изобразительном искусстве, у провинциальных художников, и в литературе.

Литературное творчество этого времени более разнообразно. Наряду с развитием и изменением прежних форм появляются совершенно новые. Если и прежде автобиографии включали в себя яркие поэтические описания и даже элементы лирики, то теперь на их основе создаются беллетристические произведения. Типичным образцом является «Рассказ египтянина Синухета». Сохранив внешне традиционную форму жизнеописания, ведущегося от имени покойного и обращенного к посетителям его гробницы, этот рассказ уже рассчитан на массового читателя. Он без конца переписывался и распространялся с целью развлечения и поучения (до нас дошло 25 его экземпляров, большинство, правда, в виде фрагментов).

Герой этого произведения во время придворных смут спасается бегством и попадает в Азию. В Синайской пустыне он чуть было не гибнет от голода и жажды. Его спасают бедуины. Позднее ОН сближается с одним из князей Палестины, женится на его дочери, добивается богатства и славы и, наконец, по приглашению фараона возвращается на родину. Автор стремится к максимальному правдоподобию. Дает много бытовых подробностей, обходясь без сказочных чудес, которыми воображение египтян населяло далекие страны; умело сравнивает культурную жизнь Египта с примитивными обычаями и нравами азиатов. Однако ненависти к чужеземцам у него нет. Они изображаются гуманными и справедливыми, за исключением одного завистника, который вызвал Синухета на поединок, но был им побежден и убит. Ясно прослеживаются душевные переживания героя в различные моменты. Рассказывая о том, как он заблудился в пустыне, Синухет восклицает: «Я задыхался, мое горло пылало, я сказал: «Это - вкус смерти». Прекрасно описывается тоска по покинутой отчизне и радость возвращения домой.

Другой характер носит «Сказка о потерпевшем кораблекрушение». В ней изображаются приключения египетского моряка, потерявшего во время бури своих 'Шутников и выброшенного на чудесный остров Красного моря, где обитает добрый змей, говорящий человеческим голосом. Это произведение насыщено фантастикой, почерпнутой из народных поверий. И в то же время нас подкупает искренний тон автора, показывающего горячее стремление героя вернуться в родной город и обнять жену и детей.

Целая серия сказок о чудесах, творимых различными волшебниками, объединенных общей тематикой, дошла до нас на «папирусе Весткар» (фараон Хуфу и чародеи). Завершающим моментом являются, по-видимому, описания перехода власти к новой династии. Благочестивая жрица рожает от самого бога солнца трех младенцев, которые должны стать будущими царями. Откровенная классовая тенденция чувствуется в изображении неверной рабыни, которую пожирает крокодил в наказание за измену госпоже.

Исключительно ярким и оригинальным произведением рассматриваемого периода следует признать «Беседу разочарованного со своей душой». Она своеобразна по своей композиции. Умело объединяются в одно целое диалог, краткое повествование, несколько стихотворений и общее заключение.

Из спора о том, что лучше - жизнь на земле или в загробном мире - создается представление о столкновении двух систем миросозерцания: традиционных верований и скептицизма, доходящего до полного отрицания основ египетской религии. В конце концов, земная жизнь признается злом, а смерть - благом. Автор, по всем данным, находится под впечатлением социальных потрясений, происходивших в Египте. Он не в силах понять их причины и сводит все к моральной испорченности людей - люди жадны, (каждый захватывает имущество ближнего). В стихотворной части произведения присутствует параллелизм. В строфах, начинающихся со слов «мое имя смрадно», даются сравнения с отвратительными вещами (протухшей рыбой, женщиной, обвиненной в прелюбодеянии, и т. д.). После рефрена: «Смерть стоит передо мной, как», наоборот, перечисляются самые прекрасные явления (выздоровление от болезни, благоухание лотоса, возвращение домой из похода). Иногда чувствуется даже рифма (хотя условность вокализации мешает ее установить точно). Например, «хер хетау» (под парусом) как будто бы рифмуется с «херу тау» (ветреный день).

По сравнению с этими звучными стихотворениями произведения официальной придворной и храмовой лирики кажутся напыщенными и безжизненными. Особенно искусственными и трескучими являются оды в честь могучего Сенусерта III.

В эпоху Среднего царства можно проследить и зачатки драмы, В которой сочетались воедино пластические движения, пение и игра па музыкальных инструментах. На фресках Бенихассанских Гробниц изображены танцовщицы, наряженные одна фараоном, другая - чужеземным врагом; в живых картинах рисовались травы, гнущиеся под ветерком. Очевидно, эти сцены разыгрывались под звуки музыки и песен.

К самому концу Среднего царства относятся два произведения египетской художественной публицистики, представляющие собой горячие и страстные политические речи, созданные под впечатлением грандиозного восстания бедняков и рабов, которое на некоторое время потрясло устои рабовладельческой деспотии в Египте.

Мудрец Ипувер (или Ипусер) описывает в своих речах бедствия страны с точки зрения власть имущих, пострадавших от переворота. Покушение народа на частную собственность рабовладельцев кажется ему чудовищным преступлением. Несмотря на явные гиперболы и инсинуации, он в основном довольно точно описывает происходящие события, хотя в силу классовой ограниченности не может объяснить их причин. Речи облечены в поэтическую форму с применением рефренов в начале строф и параллелизма.

Смотрите: владельцы роскошных одеяний теперь в лохмотьях. Тот, который никогда не ткал для себя, теперь владелец тонкого полотна.

Смотрите, владельцы ложа спят на земле. Тот, который спал в грязи, приготовляет себе кожаное ложе. Воистину свитки законов судебной палаты выброшены, по ним ходят на перекрестках. Воистину дети вельмож выгнаны на улицу. (Перевод В. В. Струве)

Описание тех же событий в «Пророчестве Неферти» вкладывается в уста древнего пророка и проецируется в будущие времена. Оратор хочет показать, что бедствия предопределены уже давным-давно, так же как и наступление лучших, с точки зрения рабовладельцев, времен, когда законный порядок будет восстановлен. Фатализм и вера в богов служат надежным утешением для поэтов, тесно связанных с господствующим классом.

 

ЕГИПЕТСКАЯ ЛИТЕРАТУРА XI в. до н. э.-III в. н. э.

ЕГИПЕТСКАЯ ЛИТЕРАТУРА XVI -XI вв. до н. э.

Литература Египта периода становления и развития рабовладельческих отношений

Литература древнего Египта







Скрыть комментарии (0)

Извините, Ваш аккаунт не имеет доступа к добавлению комментариев.


« Вернуться
« Литература Египта периода становления и развития рабовладельческих отношенийЕГИПЕТСКАЯ ЛИТЕРАТУРА XVI -XI вв. до н. э. »

Картины Малевича
Картины Шагала
Мирискусство

  
Философские школы Китая

Литература Индии