Статьи  >>  Литература древнего Востока
От: MilanaK


Опубликовано: Август 5, 2011

Литература Египта периода становления и развития рабовладельческих отношений

Египетская поэзия зародилась задолго до возникновения иероглифической письменности. К сожалению, богатейшее устное творчество народных масс, уходящее своими корнями во времена первобытнообщинного строя, почти полностью исчезло, и судить о нем можно лишь по позднейшим пересказам. Фольклор реконструируется по позднейшим переработкам в литературе и живописи. Кое-какие сюжеты дописьменного периода были спасены от забвения художниками. Сохранились рисунки изображавшие войну мышей и кошек, шакала, пасущего гусей, и изображение квартета четвероногих музыкантов, где вместо козла и косолапого мишки фигурируют крокодил и лев, но осел и обезьяна уже занимают свое место. В этих беглых набросках ощущаются пережитки старинных верований, относящихся к тем временам, когда каждый род видел в каком - либо животном своего предка (тотема) и приписывал ему то или иное изобретение (легенды о первом скотоводе, первом музыканте и т. д.). Лишь на более поздних этапах эти сказания превратились в басни с нравоучительным или сатирическим содержанием.

Древние изображения ритуальных плясок указывали на существование обрядовой песни. Так, во время погребения особые плакальщицы и плакальщики горевали о разлуке с умершим и громко прославляли его дела. Из этих заплачек и возникла впоследствии одна из форм официальной литературы - посмертная биография.

Иное содержание носили трудовые песенки, распевавшиеся простыми людьми во время рыбной ловли, при выгоне скота на пастбище, при обработке земли и т. д. Некоторые из них записаны, например, песня о пастухе: Пастух в воде среди рыб. Он говорит с сомом, приветливо беседует с рыбой. О, Запад! Где пастух, западный пастух?

Или напев рыбаков:

Вернулась сеть обратно, приносит нам улов!

Как ни скудны эти остатки устной традиции, они являются для пас исключительно ценными, ибо свидетельствуют о коллективном творчестве народных масс.

Во времена родоплеменного строя типичной формой устного народного творчества были речи, с которыми мог выступать на собрании племени любой человек. О характере их мы можем судить по кратким репликам, приводимым в мифе о богах Горе и Сете. Собрание богов в этом мифе отображает в фантастической форме народное собрание седой старины, верховный же бог Ра напоминает не позднейшего фараона, а прежнего племенного вождя, который не в состоянии навести порядок, и помешать спорящим, оскорблять друг друга. Гор и Сет ведут спор за право владения Египтом. Их речи представляют собой лаконичные выкрики, сопровождаемые угрозами, а порой и плевками.

Когда образовалось рабовладельческое государство, этим вольностям пришел конец. Речи произносятся уже не в собрании племени, а в кенбете (совете вельмож) или в собрании военачальников, где фараон своим властным словом может оборвать споры. Сами речи строятся по определенным правилам, и наиболее удачные из них записываются и, после литературной обработки, превращаются (как мы увидим ниже) в памятники художественного творчества, сохраняющиеся на протяжении веков.

Для рядовых людей ораторское искусство становится труднодоступным. Однако даже высокопоставленные ораторы и проповедники пользуются нередко народными изречениями. Даже сановный автор поучений Птахотеп вынужден признать, что мудрое слово можно услышать от рабыни - мукомолки.

Первые иероглифические надписи дают мало материала для истории литературы. Это - деловые записи, краткие сообщения о событиях и статистические данные.

В древнейших памятниках египетской письменности - сухое перечисление титулов и должностей, списки захваченной добычи, лапидарные погодные записи, объединенные затем в летописные своды (так называемая Палермская летопись) и т. д. Лишь во II половине III тыс. до н. э. начинают записываться произведения значительного объема.

Древнейшим литературным сборником Египта являются так называемые «Тексты пирамид». Они вырезаны на каменных стенах и окрашены зеленой краской (цвет жизни и возрождения) по приказу фараонов около середины III тыс. до н. э. Однако по своему содержанию многие из этих надписей уводят нас в незапамятные времена, к мифам о загробных странствованиях души - двойника фараона. То он превращается в свирепого первобытного охотника, истребляющего и пожирающего своих отцов и матерей - то темных предков, типичных для родового строя, то самолично обрабатывает землю на «полях блаженных», то восседает на тропе рядом с богами. Так переплетаются здесь представления разных эпох при доминирующем учении о божественности фараона, типичном для сложившейся рабовладельческой деспотии.

Поэтическое оформление этих текстов является весьма многообразным. Особенно охотно используются аллитерации и игра слов, имеющие магическое значение. Например, бог земли Геб и глагол «гебгеб» беспокоиться или «как» подниматься и «макт» лестница создают звучные сочетания и в то же время способствуют волшебным превращениям.

Излюбленным приемом является параллелизм, например:

При тебе твое сердце, Осирис,

При тебе твои ноги, Осирис,

При тебе твоя длань, Осирис.

И владеет он собственным сердцем,

И владеет своими ногами,

И владеет своею рукою.

Иногда одна и та же мысль выражается различными способами. Так, вознесение покойного царя на небо варьируется в формах глагола «летать», сравнивается с полетом птицы и насекомых:

И летит он, летящий далеко, Улетает от вас он, о люди, На земле его нет, он на небо. Он пронзил небеса, словно цапля. Он лобзал небеса, словно сокол, Он вскочил к небесам саранчою.

Охотно применяются такие рефрены, как «эй, куда идешь ты, сын мой, царь!».

Другим видом литературных произведений, широко распространенных уже в Древнем царстве, но сохранившим свое значение последующие эпохи, были автобиографии вельмож и чиновником, составленные большей частью уже после смерти мнимых автором. Цель их была также ритуально - магическая. Восхваляя покойника, составители старались обеспечить ему загробное блаженство. Однако содержание этих памятников отнюдь не было религиозным. Сухой перечень титулов и заслуг чередуется с живыми бытовыми сценками, причем иной раз проза перемежается со стихами. Так, например, вельможа Уна упоминает и придворные интриги, и гаремный заговор, и экспедиции в каменоломни, и поход против азиатов, причем приводит даже победную песенку с повторяющимся рефреном:

Это войско вернулось благополучно, Разорив страну бедуинов. Это войско вернулось благополучно, Снеся ее крепости.

Это войско вернулось благополучно. Срубив ее смоковницы и виноград. Это войско вернулось благополучно, Перебив в ней отряды в числе многих десятков тысяч. Это войско вернулось благополучно, Захватив множество пленных.

Третьим жанром литературных произведений, выработанным уже во времена Древнего царства, являются сборники поучений. Наиболее ранние из них приписаны вельможам Кагемни и Птахотепу. В этих произведениях, написанных тяжеловесным, цветистым языком, очевидно, непонятным для простых людей, сквозит чванство придворных подхалимов, откровенно советующих гнуть спину перед начальством. Хотя часто возносятся хвалы правде, но это пустые фразы. В конкретных советах и предписаниях господствует практицизм. Так, Птахотеп советует избегать чужих жен, ибо прелюбодеяние приводит к неприятностям и минутное наслаждение может закончиться смертью. Подчеркивается непрочность жизненных успехов.

«Никогда ты не добьешься всеобщего одобрения. Обязательно появится хищник, и возникнет распря». Человек должен применяться ко всем обстоятельствам и разумно пользоваться благами жизни, пока он молод. Хуже всего на свете - это старость. Невзгоды дряхлеющего человека описаны с поразительным натурализмом: «Зрение притупилось, и слух ослабел. Сердце стало забывчивым, не помнит того, что случилось вчера. Кости ноют от старости, нос заложен и не может дышать. И стоять и сидеть одинаково тяжело».

В XXIII -XXI вв. до н. э. Египет пережил экономический упадок и междоусобные войны, но эти потрясения не парализовали Литературного творчества. Напротив, оно получило новый стимул. Пережимаемые грозные события подточили представления о незыблемости жизненных устоев и заставили задуматься о причине перемен. На первый план выдвигались вопросы этики.

Несколько произведений дошло до нас от времени гераклеопольских царей, из которых следует назвать повесть о «Красноречивом поселянине». Герой этого произведения оказывается жертвой произвола. У него отнимает ослов с грузом некий Джхутииахт, находящийся на службе у одного вельможи. Суд отказывает потерпевшему в иске. Однако, в конце концов, справедливость торжествует. Горячие речи необразованного человека, оказавшегося неожиданно прекрасным оратором (беда научит всему), удивляют и трогают фараона, и он приказывает наградить его сторицей, а обидчика наказать.

Таким образом, в литературе используется образ справедливого фараона, являющийся народным идеалом. Бедняки, угнетаемые вельможами и чиновниками, утешали себя надеждою на вмешательство «доброго царя». В обстановке ослабления царской власти приходилось действовать не только путем грубого насилия, но и с помощью убеждения, и поэтому оказалось целесообразным пустить в ход столь популярное среди народных масс представление о беспристрастии верховной власти.

Не случайно ораторское искусство признается доступным не только для знати, но и для простых людей. Сходные взгляды проповедуются в «Поучении гераклеопольского царя», относящемся к той же эпохе. Автор советует своему сыну милостиво обращаться с подданными, избегать жестоких наказаний, привлекать на службу способных людей из среды незнатных. Между строк можно прочесть, что фараон уже не так уверен в своих силах, как прежде. Слышатся жалобы на смуты и мятежи.

Добродетельный царь, советующий сыну утешать плачущего и заботиться о вдове, сразу меняет тон, когда речь идет о восстаниях подданных. Тут он становится беспощадным и заявляет: «Подстрекатель - это вредящий. Истреби его, убей его, уничтожь его близких, истреби память о нем и о его людях, любящих его».

В другом поучении этого периода, составленном неким Ахтоем, сыном Дуау, по-видимому, разбогатевшим простолюдином, не желающим отставать от знати и везущим своего сына в столичную школу, чувствуется практичность, доходящая до цинизма. Отец советует сыну хорошо учиться, ибо знание - путь к богатству и высокому положению. Должность писца - самое выгодное ремесло. Люди физического труда (земледельцы, каменотесы, сапожники, ткачи) прозябают в грязи и бедности. Только образование обеспечивает карьеру.

ЕГИПЕТСКАЯ ЛИТЕРАТУРА XI в. до н. э.-III в. н. э.

ЕГИПЕТСКАЯ ЛИТЕРАТУРА XVI -XI вв. до н. э.

ЕГИПЕТСКАЯ ЛИТЕРАТУРА XXI - XVIII вв. до н. э.

Литература древнего Египта

 







Скрыть комментарии (0)

Извините, Ваш аккаунт не имеет доступа к добавлению комментариев.


« Вернуться
« Литература древнего ЕгиптаЕГИПЕТСКАЯ ЛИТЕРАТУРА XXI - XVIII вв. до н. э. »

Картины Малевича
Картины Шагала
Мирискусство

  
Философские школы Китая

Литература Индии