Статьи  >>  Декоративная пластика
От: LoraLines


Опубликовано: Октябрь 29, 2010

Посуда с росписью в СССР

Ф. Крохина, Н. Коковихина, В. Шинкаренко, Г. Вебера, Г. Садикова характерно умение по-новому видеть старые формы, придавать им своими росписями новые свойства. Благодаря этому выпускаемые заводом отдельные предметы, наборы, сервизы получают каждый раз своеобразную трактовку, живут во многих вариантах. Так, прибор для меда и варенья Г. Садикова, выпускавшийся в росписи самого автора и А. Хихеевой, был заново «прочитан» Крохиной: забавный розовый лопушок с зеленой веточкой удачно лег на объем баночки-медупицы и розеток, подчеркнул «дачность» этого набора, создал образ лета и пчельника. Иной характер «Кухонному набору» Г. Вебера придает роспись В. Шинкаренко. Некоторые предметы, входящие в этот набор, покрываются яркими полосами-отводками; они великолепно смотрятся в ансамбле, где гладкочерные лоснящиеся кружки и баночки чередуются с полосатыми. В этом наборе использован еще один контраст - расписанной внешней части предметов и молочно-белой внутренней, белых крышек и черных ручек.

Росписи значительно разнообразят ассортимент выпускаемой продукции, причем дело здесь не во внешней непохожести одного декора на другой, а в коренном различии их образного строя, когда пластические свойства формы благодаря росписи как бы поворачиваются новыми своими гранями, обнаруживая те или иные заложенные в этой форме возможности. «Обеденный сервиз» О. Гагиидзе с росписью Г. Садикова, «Прибор для специй» Г. Садикова в росписи Г. Вебера - изделия, неузнаваемо измененные с помощью декора. Но, пожалуй, самый разительный пример - работа над восходящей еще к кузнецовским временам формой обеденного сервиза с витыми ручками и крышечками.

Сервиз, расписанный В. Шинкаренко в стилизованной под старину и вместе с тем современной манере «под Гжель», и тот же сервиз в изящных розанах Н. Коковихина, напоминающих фаянсы XVIII века,- совершенно разные, но в обоих случаях великолепные вещи, желанные в любом доме. Интересно меняется и живет по-новому в зависимости от той или иной росписи и обеденный сервиз В. Филянской.

Достижения художников Конаковского фаянсового завода им. М. И. Калинина опираются на весь послереволюционный опыт завода, в нем учтены лучшие черты старых кузнецовских фаянсов, широко используются традиции народного гончарства. И все это развито и приумножено прославленными художниками этого крупнейшего фаянсового завода.

Вторым в стране по выпуску художественных изделий из фаянса является Рижский фарфорово-фаянсовый завод (тоже в прошлом кузнецовский). Линия развития здесь в силу многих причин носила, однако, несколько иной характер, чем в Конаково. В послевоенные годы и производственно-технические и художественные качества продукции этого завода были невысоки: он отошел от традиции кузнецовского фаянса и начал подражать образцам западноевропейского, в частности немецкого, фарфора; работа здесь велась исключительно в области живописного декора, внедрение же новых форм, нового ассортимента шло чрезвычайно медленно.

Лишь с начала 60-х годов на Рижский завод приходят художники-профессионалы, стремящиеся формировать созвучный нашему времени художественный облик его изделий. Формы традиционных, на шесть персон, кофейных и чайных сервизов. Ульете, кухонная посуда Т. Полуйкевич (ее бочата для солений), прямоугольные салатницы, а также доски для сыра Л. Агадяняна, фаянсовый чайный сервиз «Железнодорожный» (1964) молодого художника В. До-Бурса создают определенный стиль, несколько суховатый, элегантный, ориентирующийся на массовую фаянсовую посуду Скандинавии.

Само по себе желание создать самостоятельный по облику латышский массовый фаянс, отличный от кузнецовского, вполне естественно. Можно согласиться и с тем, что поиски (по контрасту с поливными фаянса кузнецовских времен) велись в направлении графической четкости форм, машинной точности, рациональности, острой эффектности цвета, подчеркнутого геометрическим узором.

И все же в рижском фаянсе не было той чистоты выработки, той белизны и тонкости черепка, той законченности, которая дается только высокой культурой машинного производства. Сказывался недостаток мастеров, способных последовательно, из года в год, вести свою художественную линию в советском массовом фаянсе.

Более интенсивными и интересными были поиски художников, работающих на Сланцевском заводе стройфаянса (Ленинградское объединение). Небольшой по объему цех художественного фаянса и керамики Сланцевского завода сумел с первых же дней своего существования тиражировать яркие, интересные изделия. Большую роль в этом сыграло долголетнее сотрудничество с заводом В. Ольшевского и то обстоятельство, что художественным руководителем завода являлся такой одаренный художник, как А. Быструшкин.

В. Ольшевский делал на Сланцевском заводе свои первые значительные вещи. Художник с огромным вкусом, чувством специфики материала и жанра изделий, он превосходно знал все тонкости технологии, сам создавал формы, следил за обжигом, визировал весь тираж. Все это помогло заводу начать выпуск многочисленных изделий из фаянса на достаточно высоком качественном уровне, сразу же взять верное направление развития. Недаром набор для кваса «Богатырь» Ольшевского (1961) и по сей день не сходит с конвейера завода.







Скрыть комментарии (0)

Извините, Ваш аккаунт не имеет доступа к добавлению комментариев.


« Вернуться
« Разработка новых наборов посуды в СССРЗаводы и их изделия художественной промышленности в СССР »

Картины Малевича
Картины Шагала
Мирискусство

  
Философские школы Китая

Литература Индии