Живопись 20 века  >>  Марк Шагал

Шагал Марк Захарович

(1887, поселок Лиозно под Витебском - 1985, Сен-Поль де Ване, Франция). Живописец, график, художник театра.

Шагал Марк Захарович

  Наследие Марка Шагала в равной степени принадлежит художественным школам России и Франции, так как после первой же поездки во Францию художник почувствовал свою глубокую связь с этой страной и «мировой столицей искусства» — Парижем. В то же время творческий мир Шагала неразрывно связан с миром его детства, которое прошло в еврейском квартале под Витебском. Сначала семья жила в деревянном доме, но он сгорел во время пожара и они переехали в кирпичный дом на Покровской улице неподалеку от Ильинской церкви. Впоследствии этот храм будет часто появляться в полотнах художника. Мир, в котором прошло детство художника, хранил национальные обычаи. В ту пору многое определяла так называемая черта оседлости, обязанность иудеев по законам Российской Империи жить в ограниченных пределах гетто. Образование Шагала началось с традиционного изучения Торы, Талмуда и древнееврейского языка у раввина. Осенью 1900 он поступил в городское четырёхклассное училище с ремесленным уклоном, где преуспевал только по рисованию и геометрии. Училища он не окончил, покинув его в период 1904-1905. После этого Шагал работал ретушером у местного фотографа и учился рисованию у единственного в Витебске профессионального живописца Иегуды Пэна, который был учеником П.П. Чистякова и другом И.Е. Репина. Шагал принял решение стать художником и в 1906-1907 отправился в Петербург с бумагой о коммерческих целях поездки, которая давала ему возможность получить временный вид на жительство в столице.

  Зимой 1907 Шагал пытался поступить в Училище технического рисования барона Штиглица, но неудачно. Тогда он начал посещать школу при Обществе поощрения художеств, но занятия не удовлетворили его, и в 1908 году он поступил в частную художественную школу Е. Званцевой, где преподавали М.В. Добужинский и Л.С. Бакст. Бакст был первым, кто заметил выдающийся талант начинающего художника, и принял его в свою мастерскую. В это время Шагал уже выполнил первые полотна «СМЕРТЬ» (1908) и «РОЖДЕНИЕ» (1909). В 1910 художник отправился в Париж при содействии поклонника своего искусства и начал заниматься в академиях Гранд Шомьер и Да Палетт. Однако решающее значение в развитии художественного мировоззрения Шагала имело знакомство с собранием Лувра, а также с работами импрессионистов, постимпрессионистов и мастеров авангарда 1900-х. Полотна «СУББОТА», «МАСТЕРСКАЯ» и «УРОЖАЙ» написаны в 1910 по парижским впечатлениям, цвет и свет являлись главными средствами в выражении духовного начала. В Париже художник не забывал о мире своего детства и много писал по воспоминаниям. Так, полотно «ПРОДАВЕЦ СКОТА» (1912) стало откликом на время, проведенное у деда в Лиозно. Именно там он впервые ощутил особую связь человека и животного, которую пронес через все свое творчество («Я И ДЕРЕВНЯ», 1911). Шагал писал, что всю жизнь рисовал лошадей, которые похожи на коров или ослов, которых он видел у деда: «Среди лошадей и птиц я их брат и сын». Из своего детства и религиозной среды он вынес почтительное отношение к животным, которые приносят себя в жертву человеку («КАНУН СУДНОГО ДНЯ», 1912). В Париже Шагал обращался также к религиозным сюжетам («ГОЛГОФА», 1912). Помимо живописных он создал в это время большое количество графических работ. В Париже Шагал жил в одной из мастерских в «Улье», на Монпарнасе, где работали художники-иностранцы. В это время он познакомился с художниками Ж. Браком, П. Пикассо, Ф. Леже, А. Модильяни, с поэтами Б. Сандраром и Г. Аполлинером. Летом 1914 Шагал провел выставку своих работ в редакции немецкого журнала «Штурм», затем отправился в Витебск. Годы на родине были насыщены событиями. Художник много работал над разными интерпретациями темы Витебска, писал портреты родных и близких, автопортреты, виды города и интерьеры. Персонажи его картин, например из серии портретов стариков, сохраняли связь с привычным бытом и в то же время были вырваны из обыденности («НАД ВИТЕБСКОМ», 1914-1920; «ПРОДАВЕЦ ГАЗЕТ», 1914). В годы Первой мировой войны Шагалом было написано много пейзажей («ОКНО НА ДАЧЕ. ЗАОЛШЬЕ», 1915, ГТГ). Природа стала для художника олицетворением изначальной чистоты и свежести, а воплощением этих качеств природы стали цветы («ЛАНДЫШИ», 1916, ГТГ; «ИНТЕРЬЕР С ЦВЕТАМИ», 1918). Одновременно с идеализацией природы война привнесла трагическую экспрессию в творчество художника, которая нашла выражение в его рисунках тушью («СОЛДАТ И ЕГО ЖЕНА», 1914; «НА НОСИЛКАХ», 1914; «УЛИЦА ВЕЧЕРОМ», 1914). В это же время Шагал обратился к книжной иллюстрации и создал серию рисунков для «Фокусника» И. Переца и к сказкам Дер-Нистера.

  В 1915 художник женился на Белле Розенфельд, роман с которой начался еще до отъезда в Париж. Осенью 1915 Шагал вместе с женой переехал в Петроград, где участвовал в многочисленных выставках («Бубновый валет» в Москве, «Современное русское искусство» в Петрограде). Теперь многие его произведения были связаны с Беллой и маленькой дочерью Идой («БЕЛЛА С ИДОЙ У ОКНА», 1916, собрание семьи художника; «КУПАНИЕ РЕБЕНКА»). Женитьба привнесла в искусство художника тему любви, которая получила воплощение в обобщенных образах влюбленных («"ГОЛУБЫЕ" ЛЮБОВНИКИ», 1914; «ТОЗОВЫЕ" ЛЮБОВНИКИ», 1916; «"СЕРЫЕ" ЛЮБОВНИКИ», 1917). Обращение к теме брачного союза в творчестве Шагала не исчерпывалось бытовым аспектом, брак представлял для художника одну из основ мироустройства. Такая интерпретация имела национальные корни. Женщина в работах Шагала уподоблена ангелу. Жена художника, в то же время его Муза, подобно ангелу обладает возможностью возноситься над обыденностью («НАД ГОРОДОМ», 1914— 1918, ГТГ; «ПРОГУЛКА», 1917-1918, ГРМ). Единство и противоположность земного и небесного также проявились в образе Витебска в полотнах этого периода. Тема выражена через противопоставление собора на дальнем плане и огромного деревянного дома на первом в картинах «СЕРЫЙ ДОМ» (1917) и «ГОЛУБОЙ ДОМ» (1920). Несмотря на знакомство с самыми разнообразными авангардными течениями в России 1910-х, Шагал всегда сохранял самобытность. Только в конце 1910-х он ненадолго обратился к кубизму («КУБИСТИЧЕСКИЙ ПЕЙЗАЖ»).Шагал принял сначала Февральскую, а затем и Октябрьскую революцию в России, он радовался освобождению от религиозных и национальных притеснений. В 1918 Шагал по рекомендации А.В. Луначарского, с которым познакомился в Париже, был назначен уполномоченным по делам искусств в Витебске. Находясь на этой должности, Шагал организовал в Витебске Народное художественное училище. Он сам занимался преподаванием, а также привлек своих друзей из Петрограда. Среди них были Эль Лисицкий и В. Ермолаева, по приглашению которой в 1919 в Витебск приехал К.С. Малевич. Шагал не согласился с его методом коллективного творчества и оставил пост руководителя, после чего в конце 1920 года отправился в Москву. В Москве Шагал познакомился с режиссером Камерного еврейского театра А. Грановским. Для этого театра художник выполнил семь панно, среди которых были «ВВЕДЕНИЕ В НАЦИОНАЛЬНЫЙ ТЕАТР», «ЛЮБОВЬ НА СЦЕНЕ», «ТЕАТР», «ЛИТЕРАТУРА», а также оформил спектакль по произведениям Шолом-Алейхема. Особую роль Шагал отводил цвету, который приобретал иногда даже мистический оттенок. Все оформление театра и, в первую очередь, спектаклей было условным, мастер настаивал на непременном сохранении условности и порвал отношения с Грановским, который ее нарушил. К 1920-м надежды художника по поводу свободы творчества, связанные с революцией, постепенно рассеялись, к этому времени оформился новый идеологический диктат, и в 1922 художник навсегда покинул Россию и отправился через Каунас в Берлин. В Германии его искусство снискало поклонников, и Шагал надеялся разыскать свои картины, оставшиеся в Берлине после выставки 1914 года. Это ему не удалось, но он познакомился в Берлине с издателем П. Кассирером, для которого выполнил несколько циклов книжных иллюстраций, в том числе к своим воспоминаниям «Моя жизнь». Работая над иллюстрациями, художник обратился к гравированию и овладел несколькими техниками этого искусства, в том числе офортом, литографией, ксилографией. В 1923 Шагал переехал из Берлина во Францию по приглашению А. Воллара. Там он вновь встречался со многими знаменитыми деятелями искусства — Пикассо, Матиссом, Боннаром, Майолем — и много путешествовал по стране. При соприкосновении с творчеством этих мастеров искусство Шагала претерпело некоторые изменения. Он стал больше внимания уделять чистому цвету, насыщенному свету, мастер создал целый ряд натюрмортов, которые назвал «Опытами в цвете и свете» («ЦВЕТЫ МУРИЙОНА», 1926). Шагал обращался к мотивам своих прежних работ («ВЛЮБЛЕННЫЕ И ЭЙФЕЛЕВА БАШНЯ», 1928; «НАЕЗДНИЦА», 1931), а также к образам Витебска («ЖЕНЩИНА И СВИНЬИ», 1926; «ОТЕЦ ЗА СТОЛОМ», 1925; «МОЯ ДЕРЕВНЯ», 1923— 1924). В Париже Шагал много работал в области книги по заказам Воллара. Он иллюстрировал «Мертвые души» и «Ревизор» Н.В. Гоголя, а также басни Ж. Лафонтена, в которых его особенно привлекала тема животных и их величия («ВОРОН И ЛИС», «СОСТАРИВШИЙСЯ ЛЕВ»). В 1930-е тематический репертуар искусства Шагала претерпел некоторые изменения. В этот период его определяют два направления: библейская тема и современная история. В 1938 году он завершил работу над картиной «РЕВОЛЮЦИЯ», которую в конце 1940-х разделил на триптих: «СОПРОТИВЛЕНИЕ», «ОСВОБОЖДЕНИЕ» и «ВОСКРЕСЕНИЕ». В последней части художник заменил фигуру Ленина фигурой Христа, который стал центральным героем его искусства 1920-1940-х («БЕЛОЕ РАСПЯТИЕ», 1938). Пролог катастроф на Земле художник видел на Небе, и выражением этой метафоры явилось полотно «ПАДЕНИЕ АНГЕЛА» (1923-1947). В нем появляется образ летящего времени в виде крылатых старинных часов, к которому Шагал возвратился в картине «ВРЕМЯ — РЕКА БЕЗ БЕРЕГОВ» (1930-1939). К библейской теме Шагал впервые обратился в 1930-е, когда Воллар заказал ему иллюстрации на эту тему. Посещение Палестины в 1931, а также Сирии и Египта послужило толчком для создания 39 гуашей, а затем 105 офортов на библейские сюжеты. Впоследствии художник добавил к библейскому циклу серию цветных литографий, после чего все произведение в целом переросло жанр книжной иллюстрации и составило комплексное произведение «Библейское Послание».

  В 1940 году Шагал получил приглашение из Нью-Йорка от Музея современного искусства, но решился на отъезд только после того, как Франция была оккупирована и новые власти приняли антиеврейские законы. В Марселе Шагал был арестован гестапо, но американским друзьям удалось спасти художника. В Америке он встретился со многими представителями современной культуры, провел выставку своих работ и оформил балет «Алеко» в постановке Л. Мясина. Шагал особенно страдал из-за войны в России и свою боль выражал в близких ему образах детства и Витебска, которые часто приобретали огненный красный цвет («НАВАЖДЕНИЕ», 1943; «СЛУШАЯ ПЕТУХА», 1944). В 1944 году он потерял жену Беллу и только в 1945-м смог вернуться к творчеству. В 1947-м художник отправился в Париж на открытие персональной выставки, проводившейся в Музее современного искусства. В 1948 году он окончательно поселился во Франции. После возвращения во Францию художник создал цикл картин, посвященных Парижу («ПЛОЩАДЬ БАСТИЛИИ», 1954; «ПЛОЩАДЬ ЛА ТУРНЕЛЬ», 1953). Другая серия того же времени посвящена цирку («ГОЛУБОЙ ЦИРК», «БОЛЬШОЙ ЦИРК», «НАЕЗДНИЦА»). Цирк всегда привлекал Шагала свободой ассоциаций и отдаленностью от простого подражания действительности так же, как и музыка. Он обращался к образам музыкантов и создавал самостоятельные работы на тему музыки. Таковы панно «ИСТОЧНИКИ МУЗЫКИ» и «ТРИУМФ МУЗЫКИ» для Метрополитен-опера в Нью-Йорке и плафон для парижской Гранд-Опера на тему опер и балетов великих композиторов. Эти произведения были написаны маслом на холсте. Монументальные живописные работы не отвлекли художника от занятий графикой. В конце 1940-х он освоил новую для него технику лависа (рисунок тушью с размывкой), в которой выполнил цикл иллюстраций к «Декамерону» Боккаччо.

  На протяжении 1950-х Шагал много работал гуашью, и мотивы этих работ перекликались с живописными произведениями. После путешествий в Грецию Шагал открыл для себя мир античности и создал циклы иллюстраций к роману Лонга «Дафнис и Хлоя» и «Одиссее». В последние десятилетия своего творчества Шагал работал не только как живописец и график, но обращался также к скульптуре, керамике, мозаике, гобеленам и витражам. Для этого он изучал витражи собора в Шартре. В 1973 Шагал совершил поездки в Москву и Ленинград, прошла его персональная выставка в ГТГ. В 1970-е персональные выставки художника экспонировались в Нью-Йорке, Женеве, Ницце, Палермо, Цюрихе и других городах.

по материалам  [1] см. Список литературы   

 


Галерея картин Шагала М.З. ( картины Шагала Марка Захаровича )


 зал 1
 картины Шагала Марка Захаровича, зал 1

 зал 2

 Галерея картин Шагала, зал 2

 зал 3

картины Шагала, зал 3 - автопортреты

 зал 4

картины Марка Шагала, зал 4

 зал 5

 картины Шагала Марка Захаровича, зал 5 - прогулка

 зал 6

картины Марка Шагала, зал 6 - наездница

 зал 7

картины Шагала, зал 7

 зал 8 

картины Марка Шагала, зал 8 - Пламенеющие небеса

 зал 9

картины Шагала Марка Захаровича, зал 9 - Большое солнце

 зал 10

Шагал М. картины, зал 10

 зал 11

картины Шагала, зал 11 - Композиция

 зал 12

картины Шагала Марка Захаровича, зал 12 - Цирк

 




« Вернуться